Тяжёлая жизнь в бедности
Немощная улица с еле освещающими грязную от дождя дорогу фонарями. Крупные капли падали на плесневелые крыши домов. Кое-где черепица совсем обвалилась, а в некоторых местах были видны пробоины. Никто из жителей не собирался делать какие-либо ремонтные работы: денег не хватало даже на кусок хлеба. Бедность – это дружба между ужасным голодом и страшной смертью, которая уже никого не пугала. Все привыкли видеть тела толи живых, толи мёртвых людей. Анастасия Фёдоровна – вдова с маленькой девочкой пяти лет. Мать усердно трудилась на заводе, чтобы получить свою долю еды по талону. Всё заработанное она отдавала дочери – дети важнее. И вот, смотрясь в разбитое зеркальце, она понимала, что без помощи не сможет больше содержать семью. Её дочь всё понимала, она и сама кое-где пыталась заработать, но пятилетней девочке вряд-ли удастся сделать хоть что-то. Голодное время беспощадно губила множество рабочих, давила на детей, заражала. Годы такие, что поделать? Правильно, ничего и также как и раньше, также как и остальные, сражаться с недугом.
— Мама, ты куда?
— Золотце моё, я скоро вернусь. Через час другой.
— Я буду скучать! Можно с тобой, я могу помочь.
— Останься дома, на улице дождь. Холодно.
Девочке ничего не оставалось, кроме как послушаться мать. Всё их маленькое хозяйство легло на её плечи, потому что больше никого и не было. Отец в армии, братьев и сестёр нет.
В Ленинграде были и богатые люди, которые могли себе хоть что-то позволить, однако деньгами свободу не купишь.
Закат. Солнце садиться, одаривая русскую землю последними розовыми лучами. Дождь перестал лить. И на смену мрачным тучам пришли белые пушистые облака. Они начали медленно плыть по небосклону, постепенно уходя в горизонт. Холодный вечерний ветер гулял по улицам. Весело свистя, он направлялся к домам людей и заглядывал в каждое открытое окно. Любая мелочь могла радовать девочку. Она радовалась и зимней стуже, и летнему зною.
Наконец-то она услышала скрип железной калитки, которая местами была ржавой. Мать шагнула на крыльцо и открыла старую дверь, с уже отслоившейся краской.
— Людмила! Идём сюда. Смотри, что я принесла тебе. – Показала она куклу дочери. – С днём рождения!
— Мама, спасибо! Я так рада, но разве она не стоит много денег?
— Для тебя мне не жалко ничего, моё сокровище.
***
— Ленточка! Мама пришла! Смотри. – Маленький ребёнок указал рукой на Анастасию Фёдоровну.
— Ленточка?
— Да, теперь её так будут звать! Я очень сильно люблю эту куклу.
— Ладно, но я люблю тебя больше, чем ты её. – Мать улыбнулась наивности девочки.
***
Ночь. Осень стучалась в окно своими руками. Сильный ливень с ветром не могли пробиться в дом. Деревья шатались туда-сюда. Их ветки касались окон и скрипели. Прозвучал гром и молния. Девочка сжимала в руках куклу: боялась. Она пыталась успокоить себя, потому что не хотела тревожить беспокойный сон матери. Вдруг неизвестный свет озарил комнату. Кукла начала вырываться из рук человека, точнее человечка. Людмила испугалась, но не закричала.
— Это мир?
— Ты Ленточка?
— Да, я очень рада знакомству, незнакомая девочка.
— Незнакомая?! – Шёпотом спросила она, но было видно явное недовольство и возмущение. – Но я много дней тебя из рук не выпускала. Ты меня не узнаёшь?
— Я появилась только сейчас. У тебя появилось желание и я ожила.
Прогремел гром.
— Не бойся. Гром – это всего лишь звук. Он не должен тебя пугать, потому что каждый день должен быть счастливым, ведь ты живёшь. У тебя есть душа и сердце. – Успокаивала куколка её.
— Ленточка, но как мне не бояться, если он такой страшный? Ещё я не могу находится в темноте, потому что вдруг оттуда чудище выпрыгнет…
Кукла не слушала её. Она изучала комнату, осматривала узор на обоях, с удивлением глядела на потолок.
— Это мир?.. – Спросила Ленточка.
— Нет. Мир намного больше. Он огромный, мне мама рассказывала. Океаны, Горы, поля. Озёра, реки, моря. Из много.
Кукла выглянула в окно. Она увидела капли, которые наперегонки стекали по прозрачному стеклу. На улице было сыро и мокро. Долго рассматривали маленькие любопытные глазки захватывающий, огромный мир. Она попыталась открыть окно, но её тут же остановил голос Людмилы.