Я решил докопаться до того, что там внутри, и стал вырезать стекло кусочками. Остальные пока не обращали на меня внимания, исследуя открытые цилиндры, коих оказалось шесть.
— Если я не ошибаюсь, то это сильно похоже на подставки для оружия, — раздался голос Хека.
— Мне тоже так кажется, только зачем такие странные? — из противоположного конца комнаты заговорил Буз.
— Может это какие — то раритетные экспонаты были? — неожиданно предположил Лопак и его догадка подтвердилась через несколько секунд.
Я срезал почти половину всего цилиндра и он с грохотом повалился на пол, подняв пыль, из — за которой я закашлялся. Остальные резко повернулись ко мне и поспешили посмотреть, что произошло. Да так и замерли, увидев, что я наковырял.
А наковырял я что— то странное. Внутри цилиндра действительно была стойка для оружия, в отличии от шести пустых, это было полным. В нем стояло странное по форме копье, с очень длинным лезвием, которое было почти метр длинной и шло до шара, диаметром сантиметров десять, который располагался на середине древка. Лезвие копья было не строго прямым, а загибалось дугой ближе к шару и было темно желтого цвета.
— Полеарма, — заворожено сказал Хек, — можно?
— Валяй, — ответил я, все еще кашляя.
Бывалый охотник сейчас был похож на пацана, которому неожиданно дали подержать настоящее оружие. Он осторожно взялся под шаром и потянул оружие на себя. Никаких сдерживающих заклинаний я не видел, да и креплений больше не было, поэтому Хек без проблем достал оружие. И тут же решил его испытать, отойдя на два шага.
Такого бешеного мельтешения в глазах я еще не видел. Хек двигался просто невероятно, крутя вокруг себя копье. Я удивился еще больше, когда заметил, как под неосторожным движением распалось пополам кресло, и стекло, которое я отпилил своим кинжалом самым кончиком оказалось на пути копья. Я успел заметить только как кончик отлетает в сторону и нагнулся его поднять. Срез был очень ровный, лезвие копья прошило стекло даже не заметив и не нарушив структуру стекла по краям.
Я опять перевел взгляд на Хека, он уже замедлялся, и потом перевел взгляд еще выше. До этого я был всегда спиной к одной из стен, и только сейчас обратил на неё внимание. И кусок стекла выпал из моей руки, а челюсть хотела упасть до пола.
Теперь я полностью подтверждался в своих догадках на предмет истинного значения этого помещения. Зал ожидания! Потому что сейчас я смотрел на что — то, похожее на комнату операторов.
Стена здесь была не круглая, а ровная, и нависала над залом выдаваясь вперед на четыре — пять метров. Наклонные стекла (не прозрачные с этой стороны), навевали мысль, что за всеми здесь присутствующими пристально наблюдали, прежде чем куда— то отправить.
И в одном месте, слева от меня, сияла огромная оплавленная дыра, как будто поток магмы вырвался на волю и проплавил своей температурой перегородку.
— Мне нужно туда, — севшим голосом сказал я, указывая наверх.
Они ничего не поняли, для них цивилизация была совсем другой и никакой иначе быть не могла. Но они поняли, что для меня это очень важно и принялись думать, как добраться до дыры.
Пошли самым простым способом, Лопак с Хеком попросту меня туда подкинули. Высота была небольшая, метров пять, так что с седьмой попытки я сумел ухватиться за оплавленный край и втянуть себя внутрь.
Когда сумел забраться, глазам открылась такая картина, что потрясла меня до глубины души и я чуть не свалился обратно.
Пускай здесь было темно. Пускай здесь бушевал огонь, такой, что всё вокруг было черно. Но, не смотря на это, я забыл где нахожусь. Весь магический мир, все сражения на мечах и все заклинания остались где — то там, за дырой. Здесь был другой мир, мир технологий и мир более понятный.
Всем с детства нам знакомый пульт управления. Такие есть в подъемных кранах, или тракторах, самый простой, в лифте, или очень сложный, как в самолете. Здесь было круче, как в фильмах о космических кораблях. Здесь были именно пульты управления. Местами обугленные, все сплошь черные. И естественно, не рабочие. Напротив пультов стояли кресла, тоже оплавленные, но все еще похожие на самих себя.
— Песик, — позвал я, берясь за амулет, — сделай свету побольше.