Несколько минут мы стояли в напряженном ожидании и ждали появления людей, пока Пикали не сказала, что люди далеко. Кревет, соглашаясь, кивнул головой, а я только тогда удосужился проверить округу своим способом.
Люди действительно были, и не только люди. Вся цепочка людей и животных удалялась под углом от нас.
– Там дорога. – Указал я в сторону людей.
– Так близко? – Удивился Кревет и, посмотрев на затушенный мной костёр, закончил. – Придётся есть холодным.
Возясь с повторным розжигом костра, я взглядом указал Кревету на принесенный им второй мешок и поинтересовался, откуда он.
– Ночью я свой мешок сунул под настил, а сегодня полез за ним и обнаружил этот. Сам хочу посмотреть, что в нём.
Мой взгляд как бы сказал, если хочешь, нечего тянуть время.
С виду мешок добротный, кожаный, такой не всякий дождь промочит, но и таскать его за плечами неудобно. Сам по себе тяжелый, и спина постоянно потеть будет. Другое дело, приторочить к седлу или кинуть в повозку.
Кожаный ремешок, завязанный на горловине мешка, плохо поддавался ногтям Кревета, и ему пришлось развязывать узел кончиком ножа. Он собрался было вытряхнуть содержимое мешка прямо на землю, но поискал глазами более чистое место, без мусора, и передумал. Поставил его рядом со мной и молча предложил осмотреть мешок мне.
– В чём дело? – Не понял я его действия, не спеша дотрагиваться до мешка.
– Я слуга, – просто ответил он. – Всё, что найдено или захвачено, всё принадлежит хозяину. Это твой мешок, тебе его и осматривать.
– Хитришь? – Прищурившись, недоверчиво спросил я.
– На полном серьёзе. – Заверил он, не отводя взгляда. – Таковы правила. Слуга может иметь вещи, только те, что ему разрешил взять хозяин. Ты в схроне разрешил выбрать мне меч, я выбрал, но, если прикажешь, верну.
– А деньги, которые ты взял в схроне, чьи?
– Ты разрешил мне их взять, но если будет твоя воля, верну всё до последней менки.
– Даже так? – Удивился я. – Чего я ещё не знаю об отношениях между слугой и хозяином?
– У слуги нет своих денег, нет своих вещей. После моей клятвы служить тебе, я отдал себя и всё свое имущество тебе.
– Раб! – Вырвалось у меня, но я тут же поправился. – Залом.
– Нет. Слугу нельзя убить, продать, отдать в наём. Слуга служит добровольно и имеет права уйти от хозяина, предварительно уведомив его. Залом, как скотина, с ним можно делать всё, что угодно. Если ты меня будешь бить, я откажусь служить тебе и потом убью тебя.
– Когда ты был в ватаге, так же было?
– Нет. В ватаге нет слуг. Там все равны, если только кто-нибудь не захочет оставить себе раба. Но обычно так не поступают. Раба надо кормить, одевать. Не всем понравится, что у кого-то есть раб, а у него нет. Да и не каждый человек примет рабство. Если коснется меня, я скорее умру, чем соглашусь остаться рабом.
– Так уж и умрешь?
– Ну, не умру, так сбегу или …
– Не продолжай. Ответь лучше честно. Почему ты захотел служить именно мне?
– Ты колдун. Ты мог посадить меня на цепь, но не сделал этого. Ты сильнее меня и можешь меня защитить от глортов, ты честен даже с Пикали.
– Этого мало. – Недоверчиво возразил я.
– Для тебя мало, а служить соглашаются и за меньшее.
– Ты имеешь свою цель, о которой не хочешь говорить, но ты должен помнить, если ты меня предашь, я тебя убью.
Кревет хмуро посмотрел на меня и не менее мрачно предложил:
– Я могу повторить свою клятву над огнем или кровью в храме.
Ни то, ни другое мне ни о чём не говорило. Я кивнул головой и запустил руку в мешок.
Две рубашки различного цвета, не новые, но чистые и аккуратно сложенные. Штаны из тонкого сукна, выбеленные… О-ба-на!! Да это же нижнее белье. Вот только размер этих штанов… таких как я, в них двое влезут, ещё и место останется. Дальше шли два куска чистых тряпок для обмотки ног и вязанные носки(!!). Вот чего не ожидал увидеть, так это вязанные носки. Связаны они кишкой, без пятки, но это были носки. Я свернул их в комок и бросил Пикали со словами.
– Надень на ноги, потом в сапоги.