– Ты о нём не скорбишь?
– Мне его жаль, но он ушёл от меня, когда я повредила ногу.
– Ушёл и не помогал?
– Несколько раз присылал деньги. О нём ходили разные слухи … Соседи не одобряли. – Она замолчала, и мне показалось, что смерть её мужа принесла ей облегчение.
– Почему не обратилась раньше за лечением?
– Так получилось. Вначале нога почти не болела, дочка маленькая, муж ушел… – Она вздохнула и повторила. – Так получилось. Я никого не виню.
– Сразу не получилось, а позже?
– Деревенская лекарка в основном лечит травами. Давала мне пить и делала компрессы. Боль снимало на некоторое время. Год назад через деревню проезжал колдун. Он отказался лечить – у меня было мало денег.
– Сейчас денег хватает?
– Я не знаю. – Её глубокий вздох подтвердил мои подозрения, что и сейчас у неё не очень много денег, и она не особенно надеется на лечение. Да и откуда в этой деревне взяться деньгам на лечение? Судя по обстановке, за её работу по пошиву одежды ей платят в основном продуктами, а если кто и приносит деньги, то это сущие мелочи.
Кревет, слушавший наш разговор, поднялся из-за стола и собрался уйти, но я остановил его и напрямую спросил, что именно пообещал он ей.
– Она хочет уехать отсюда. Я сказал, что мы поедем в Стор. – Его косой взгляд в мою сторону, и он добавил. – Она хочет ехать с нами.
– В качестве кого?
Этот вопрос не обсуждался между женщиной и Креветом, и он удивлённо посмотрел на меня. Перевёл взгляд на женщину и растянул губы в кривой усмешке. Мне его поведение не понравилось, и я предупредил:
– Если ты пообещал взять её с собой, то будешь нести за неё всю ответственность, впрочем, как и ухаживать. Ходить сразу она не сможет. Ты об этом подумал?
– Как прикажешь, шими.
– Это не приказ, это часть от твоего долга.
Он вздохнул и коротко кивнул головой.
На мой вопросительный взгляд женщина приподняла подол юбки и показала левую ногу с приличной шишкой ниже колена. Я движением руки потребовал показать выше, и край юбки нехотя пополз выше. Коленный сустав был несколько увеличен и отливал лёгкой синевой.
– Давно колено опухает? – И движением головы послал Пикали осмотреть ногу.
Женщина терпеливо кривилась, пока Пикали ощупывала колено и выше. Потом с облегчением выдохнула и, опустив юбку, ответила:
– Болеть начало зимой, а пухнет с начала лета.
Всё лечение, а точнее сказать операцию, проводила Пикали под моим наблюдением и подсказками. Коленный сустав только-только начал деформироваться и больших усилий не потребовал, а кость пришлось ломать по-новому, убирая внутренние повреждения, рубцы и спайки. На этой части лечения пришлось вмешиваться и мне с моим запасом энергии в медальоне.
Лично свои силы тратить я не хотел, а Пикали выложилась полностью, как и больная. Они обе проспали остаток дня и ночь. Вместо кухарки и няньки для девочки выступал Кревет. Он втихую ворчал, но не выказывал явного неудовольствия. Я же, наблюдая за его потугами, немного мстительно, втихую посмеивался.
Покинуть деревню, как мы планировали, на следующий день мы просто не смогли, и товарищ Кревета или его знакомый также отложил свой отъезд.
Глава 16. Костёр до небес
Впереди, поднимая за собой слабый пылевой след, двигалась повозка Кривого. Настоящее его имя я так и не услышал. Называть его он не стал, как я думал из-за опасения или недоверия к нам. Но могла быть и другая причина, в их знакомстве с Креветом не всё так гладко и чисто. Ну не назвал и ладно. Моим именем он тоже не интересовался и звал меня, как и Кревет – шими. Только в его произношении это звучало как имя, а я не возражал.
Впереди пылила повозка Кривого, и в отличии от нашей на ней не было дуг с сукном, и все седоки были видны.
Крепко сбитая девица, на мой взгляд, как и Пикали ещё не до конца созревшая, но уже с интересом посматривавшая на меня и на Кревета. Не думаю, что Кривой этого не замечал, но и не одёргивал свою дочь. Если это была именно его дочь, слишком по-разному они выглядели.
Третьим на повозке Кривого ехал молодой мужчина, которого мы видели, когда договаривались о покупке продуктов. Бороду он носил явно недавно и постоянно оглаживал её. Он, как и я, часто соскакивал с повозки и шёл рядом или придерживался за её борт. На нём была одета легкая броня, как на мне и Кревете. На поясе болтался меч, а на повозке лежал его лук со стрелами. Если это был охранник, а не очередной родственник, то Кривой вёз что-то ценное, и он не просто так заглядывал к своему сыну… Если это был сын.