Эрих только покривился: ну почему лекарство обязательно должно быть таким горьким?
— На, заешь… — посочувствовала сердобольная Хеля, глядя на его муки и протянула страдающему вождю небольшой глиняный горшочек с медом. — Ты же любишь…
Эрих сцапал мед и полакомился. Ему определенно стало лучше.
Хеля улыбнулась и ушла-ее ждали другие раненые. Эрих доел мед и, пошатываясь от слабости, поплелся навещать Варму.
Раненый варах лежал под навесом, бледный до зелени, и тяжело, хрипло дышал. Человек льва потерял очень много крови и был ужасно слаб. Вдобавок у него был жар. Раненого, безусловно, мучила сильная боль, но вождь терпел.
Эрих присел рядом и стал смотреть. Вскоре Варму открыл глаза.
— Привет… — едва слышно прошептал он.
— Привет. — ответил Эрих. — Ты как?
Варму улыбнулся одними глазами:
— Не дождешься… — прошелестел он и закашлялся.
— Не разговаривай. — попросил его юноша. — У тебя легкое пробито.
Русоволосый закрыл глаза. Он устал.
— Ты спи… — велел ему Эрих. — А я тут посижу.
Варму, похоже, задремал. Эрих долго смотрел на него.
— Поправляйся, вождь… — прошептал он, наклоняясь и целуя раненого в покрытой испариной горячий лоб. — Поправляйся, мой друг…
Варах едва слышно застонал- похоже, ему снились кошмары.
Рядом завозился Миха.
— А меня целовать будешь? — спросил он.
— Обойдешься! — весело осклабился Эрих, обнимая рыжесолосого. — Рад видеть тебя живым!
— И я рад! — откликнулся Миха, морщась от боли в пробитом боку. Выглядел он куда лучше Варму.
— А ты, оказывается, сила! — продолжал рыжеволосый. — Не ожидал от тебя!
Эрих вовсе не считал себя героем.
— Если бы не ты, — сказал Миха, — нас бы всех перестреляли, как куропаток. Мы обязаны тебе жизнью, хромой.
Эрих покраснел, насколько это было возможно при его бледности.
— Не смущайся, вождь. — попросил Миха. — Просто ты, наконец, стал взрослым…
Эрих вздохнул и гордо вскинул голову. Ему стало хорошо и спокойно.
— Похоже, нам пора возвращаться. — сказал Миха.
— Нет. — отрезал хромой, и его глаза стали вдруг очень холодными. — Сначала — отомстить!
И рыжеволосый впервые признал его правоту.
Глава 15. Ранения и отношения
Мрах и Намар переправились через реку на двух связанных вместе бревнах: на них было возложено ответственное поручение — по возможности разведать, что получится, о напавших о них людях. Под прикрытием сгустившихся сумерек львин и подросток выбрались на берег и отправились по следам неизвестных.
Поселение обнаружилось за небольшой дубовой рощицей — несколько десятков врытых в землю хижин, крытых тростником. Мрах и Намар залегли в кустах примерно в тысяче локтей от ближайшего костра — ближе подобраться не удалось, и принялись наблюдать.
Увиденное неприятно поразило обоих: стойбище буквально кишело воинами. Их было много, очень много, гораздо больше, чем путешественников всех вместе взятых.
Насмотревшись, разведчики вернулись к плотам — они несли плохие новости.
Плоты отогнали вверх по течению и спрятали в небольшой уютной заводи. Работа оказались нелегкая — чуть ли не половина путешественников были ранены. Эрих оглядел ту половину, которая еще сохраняла боеспособность, и пришел к простому, но неутешительному выводу — им не справиться. Тогда хромой вспомнил о Хараме и львином поселке — до деревни на холме было не так и далеко-быстроногий воин легко мог преодолеть это расстояние за сутки. Гонец-доброволец отправился в путь, Эрих приуныл — теперь оставалось только ждать. Два дня прошли в ленивом безделье — путешественники ели и отсыпались. К утру третьего дня на реке показались лодки — подоспела долгожданная подмога: сотня молодых, сильных львинов и Харам. С темноволосым варахом прибыла также девушка лет семнадцати, стройная и красивая, одетая в мужские штаны и рубаху. На плече у нее лежало копье, у пояса висел отнюдь не мирного вида топор. Харам представил красавицу как свою дочь.
Эриху понравилась девушка, и он даже попробовал с ней заигрывать, но гордая девица варахского племени сразу же пресекла его попытки, ловким боевым приемом отправив непрошенного ухажера искупаться в речной водичке. После этого Эрих преисполнился к ней глубочайшим уважением.