Они посидели несколько минут молча, а потом агент вдруг встал со своего места и протянул Алу руку.
– Не хочешь прогуляться по берегу? – предложил он собеседнику. – Подальше от этого шума и … хм … плохих воспоминаний.
Это прозвучало так неожиданно, что Ал сначала растерялся, но не найдя на лице Влада даже намеков на привычное, язвительное, презрительное выражение, осторожно согласился.
– Хочу, – парень крепко обхватил широкую ладонь Влада, позволил ему поднять себя на ноги. Они вышел из шатра на деревянный настил пляжа, а потом и на мелкий, теплый песок и, не произнося ни слова, направились в приятную, обволакивающую, томную темноту летней ночи.
Праздник продолжался еще долго, пока, наконец, гости усталые, довольные, хмельные и сонные не стали расходиться по домам и гостевым домам, а Эф с Агни под хор аплодисментов и радостных возгласов не отправились в свою временную квартиру на противоположной стороне бухты.
Влад вернулся в Альстендорф вечером следующего дня, Ал остался еще на пару дней и вскоре, несмотря на твердое намерение провести дома весь остаток лета, тоже уехал.
***
За август Руни полностью разобралась с заданием профессора и за неделю до окончания лета получила от него новую книгу из архивов Мары для изучения. Профессор почему-то решил сделать паузу в исследованиях мерцающих перемещений и обратил свой взор в сторону чар маскировок и иллюзий. Именно им был посвящен редкий труд, оказавшийся в любопытных и жаждущих знаний руках Руни. И она была совершенно не против этого.
– Ты вообще выходишь отсюда, илса? – веселый, с очевидными нотками сарказма, голос Гвин наполнил пустую тишину домашней библиотеки Зорна.
– Э-э… – Руни повернула голову и растерянно взглянула из-за острого, четкого контура плеча на подругу.
– Иром, – Гвин приветливо помахала ей рукой, после чего сделала несколько быстрых шагов по скрипучему паркету комнаты и со вздохом плюхнулась в кресло. – Пф-ф, устала…
– Что такое? – уточнила Руни, медленно, неохотно закрывая книгу и откладывая ее в сторону, подальше от Гвин.
– В универе была. И знаешь, у нас просто сумасшедшее расписание… – Гвин с недовольным видом поморщилась и уставилась в потолок, экспрессивно взмахнув руками. – Они смерти нашей хотят, вот что я тебе скажу!
В глазах Руни вдруг защипало, и она тоже запрокинула голову вверх, стараясь скрыть от подруги подкатывающие к горлу слезы.
– Прибавилось много практики, – как ни в чем не бывало продолжила свой монолог Гвин, – это, конечно, радует… Но вряд ли я там что-то новое вообще узнаю. Интересно, они в принципе планируют нас хоть чему-то стоящему научить? Задаюсь этим вопросом с первого года и пока…
Над потолком комнаты, высоко-высоко летал неизвестный, почти незаметный садовый жучок. Взгляд Руни невольно скользил за ним, пока по щекам бесконтрольно сбегали горячие, мокрые, обидные слезы.
– … пока ответ скорее отрицательный, чем положительный, – Гвин методично качала ногой в узких синих джинсах и ярких, желто-рыжих кожаных туфлях на тонкой подошве с тупым носком, небольшим, широким каблуком, украшенных аккуратными стежками прострочки на мыске. Ее жесткие кудряшки свободно покачивались в такт этим движениям и собственным словам. – И да, я, конечно, выбрала иллюзии в качестве специализации, но, браза, надеюсь про другое они тоже будут рассказывать. Руни, – Гвин повернула голову в сторону подруги, – ты слушаешь?
– Ага, – тихо отозвалась девочка, изо всех сил стараясь скрыть, что плачет.
Но Гвин моментально поняла, что к чему.
– Ой, прости… – она рывком села в кресле и, протянув руку, ласково погладила Руни по плечу. – Прости, илса… Я… я просто безмозглая какая-то, даже не подумала…
– Да, ладно, все в порядке, – отмахнулась Руни, шмыгая носом и торопливо стирая тыльной стороной ладони соленые, блестящие дорожки слез. – Не обращай внимание.
– Еще чего! – Гвин встала со своего места и, приблизившись к Руни, опустилась рядом с ней на корточки, а потом пробежала тонкими пальцами по ее прямым, отросшим за лето, карамельным волосам. – Не переживай… Ты обязательно вернешься в универ, Руни. Орден добьется этого, я не сомневаюсь.
– Везет тебе, – грустно усмехнулась Руни, и капельки слез одна за другой снова побежали по ее щекам. – А я вот совсем не уверена… Дело в разгаре, а уже почти сентябрь. Да и Лоннал сказал, что…
Гвин дерзко взмахнула ладонью, заставив Руни замолчать.
– Наплюй ты на это! Лоннал Гриннол никогда не скажет, что все хорошо. Он же, браза, адвокат и каждое слово свое чуть ли не под микроскопом рассматривает, – девушка усмехнулась. – А то, что расследование наконец вступило в активную фазу – это же отлично, Руни! Они скоро закончат, там и рассматривать толком нечего. Ну пропустишь первый месяц, пф-ф, – Гвин закатила глаза, – ерунда! В сентябре все равно только первокурсники и учатся.