– Хм, любопытно… – приглушенный голос Рима нарушил витающую в комнате, расслабленную тишину. Он отогнул край газеты и взглянул на Ала своими ярким озорными голубыми глазами. – Ну брат твой дает! Эльма локи…- Рим присвистнул. – И почему, скажи мне, ты молчал, вен, а?! – в выражении лица друга читался несерьезный, полушутливый упрек.
– Что? – Ал, ничего не понимая, нахмурил густые темные брови.
Рим сначала усмехнулся, мол, не строй дурачка, а потом, продолжая наблюдать за Алом, с каким-то странным торжеством просиял.
– Бра-а-за! – он опустил газету и с громким щелчком хлопнул себя по бедрам. – Ох-хо-хо! Да ты реально не в курсе, вен! Вот прикол!
– Да, что там? – Алу стало жутко любопытно, он аккуратно соскользнул с коробки и попытался забрать оставленную Римом газету, но тот ловко опередил его.
– Неа-неа, – Рим покачал указательным пальцем, поднимая скомканные страницы вверх на вытянутой руке, – не так быстро, марги-кагри.
– Ой, да ладно тебе… – Ал надул щеки, сделав вид, что обиделся, а вместе с тем, воспользовавшись мгновением, стащил другую газету с подлокотника кресла Рима и тут же принялся быстро осматривать напечатанные крупными буквами заголовки.
– Ха-ха, – сдавленный смешок Рима гораздо быстрее собственных глаз дал ему понять, что уловка не удалась. – Зря стараешься. Нет там. Это спортивный еженедельник, – еще более довольным голосом сообщил Рим.
– Браза… – раздосадовано воскликнул Ал, а потом, размахнувшись, запустил газетой в Рима, и тот уворачиваясь чуть не скатился с кресла на пол. Это выглядело настолько нелепо со стороны, что Ал не выдержал и тоже громко рассмеялся.
– Ладно-ладно, держи… – еле как снова поймав равновесие, сдался Рим и протянул другу клубок из листов «Таура».
И Ал тут же схватил его. Он, взяв газету, сразу уткнулся носом в первую страницу, где была напечатана крупная цветная фотография какого-то кабинета или просторной комнаты с большим столом, за которым сидели несколько людей, среди которых Ал без труда узнал Антона, Влада и … Эфа в странном, совсем не похожем на обычную одежду костюме.
– Классный прикид, согласись? – заметил Рим.
– У Эфа-то? – уточнил Ал, пробегая глазами текст статьи.
– Ола. Такие вроде в Маре носят…
Ал даже не стал спрашивать, откуда друг знает такие подробности.
– Хм…
– Судя по всему, твой брат попал в ту самую контрольную комиссию, – увлеченно продолжал Рим. – Слышал же о ней?
– Угу, – кивнул Ал. Пару дней назад он, кажется, читал о чем-то похожем. Хотя Рим точно знал куда больше, в Миране каждый был подкован в политике.
– Браза, да у нас на работе все только это и обсуждают! Первое крупное дело после изменения нердов, – в голосе Рима зазвучали новые, непривычные для Ала интонации: серьезные, заинтересованные, деловые… Словно он взял и вдруг превратился в типичного университетского умника, каким никогда не был. – А Эф молодец, – Рим покачал головой, сомкнув губы и выставив вперед квадратный подбородок, – сделал всех!
Лично Ала куда больше интересовали агенты. Влад и Антон, вечная парочка. Он не был уверен, но Влад, кажется, тоже уехал из Альстендорфа несколько лет назад. И теперь парень гадал: вернулся агент снова или нет.
– А кто там еще в комиссии? – спросил он Рима.
– Насколько я понял маги, парты, агенты, которые ведут дело. Они типа отчитываются, – сообщил Рим и, встряхнув головой, сладко, долго потянулся, вытянув длинные руки навстречу теплому солнечному свету. – Ой, ну ладно с этими новостями, вен, ты на матч-то идешь? Зря что ли я сюда приперся?
Ал вернул газету на подлокотник кресла и пожал плечами.
– Не решил еще…
– Бра-а-за… – Рим нахмурил брови и исподлобья кинул на друга полный недовольства и презрения взгляд. – Да, ты тут стухнешь скоро совсем! Давай, поднимайся, и идем веселиться. Я же предупреждал, у меня большие планы на эти выходные…
Он проворно вскочил на ноги, и будто демонстрируя насколько серьезно настроен вытащить Ала из дома, поволок его, сбивая по пути коробки, громко ругаясь и смеясь, к шкафу.
***
Шаркающие, неторопливые шаги жены стихли где-то в глубине погруженного в тишину дома. Дежурная улыбка медленно сползла с загорелого лица Озмара Линдона, обнажив глубокие складки морщин и вернув тревогу, обеспокоенность, холодную решительность в глубину изумрудных глаз. Джо, заметив это, тяжело вздохнул.
Нет, он не поймет …