Первое, что он понял – это то, что его тело находится в горизонтальном положении. Дворянин не знал, как смог это определить, но в этом факте был совершенно уверен. К сожалению его глаза, были закрыты и самое мощное из чувств – зрение пока отпадало. Бывает и с закрытыми глазами можно определить на что ты смотришь. Например, яркое летнее солнце ни с чем не перепутаешь. Но к сожалению солнца, перед его лицом видимо не было, так что все сводилось к оттенкам темноты разной интенсивности, которые он и не надеялся разобрать. Так что Архон решил начать с обоняния. Ему далеко не сразу удалось учуять хоть что-то. Через долгие минуты ожидания сознание стало получать первые сигналы от организма. Вопреки его ожиданиям вместо запахов он почувствовал липкий холод окутавшие его ноги. Кроме того, неприятные ощущения вызывало пересохшее горло. Значит наступила ночь. В такую теплую погоду замерзнуть можно только ночью.
Внезапно в его сознание ворвались мириады запахов и звуков, безо всяких переходных стадий и полутонов. Вот их не было, и вот они есть. При чем не только есть, но и обострены до предела. Он не знал, чем это обусловлено, но сейчас мужчина чувствовал так, как никогда прежде. Возможно, из-за долгого отсутствия каких бы то ни было ощущений его обоняние и слух стремились заполнить своеобразную пустоту в получаемой о мире информации. Или все это просто последствия работы мага? Архон ясно помнил, что предшествовало его нынешнему состоянию. «Ладно, с этим разобраться я еще успею» подумал молодой человек и возвратился к попыткам понять где он находится и вернуть контроль над телом. Где бы он не лежал, пахло здесь свежесрубленными деревьями, недавно постиранными простынями и одеялами, и остывшей едой. Скорее всего рыбой с картошкой. Все этого складывалось для него в весьма ясную картину постоялого двора, причем достаточно недешевого, так как запах белья позволял точно определить, что стирали его при помощи алхимических реагентов, благодаря чему, то приобрело ненавязчивый запах каких-то цветов. Слух тоже добавлял картине необходимых красок. С нижнего этажа он слышал смех, разговоры, крики и прочие свидетельства людского веселья. Значит правильнее говорить скорее не о ночи, а позднем вечере. Жалко не удавалось получше вслушаться в их голоса, чтобы хоть немного развлечься, пока он не до конца обрел дееспособность.
«Точно, голоса! Ништ, ты еще жив?» «Ау!..» «Фух, неужели наконец-то тишина?» подумал Архон. И действительно, он полностью перестал ощущать любое чужеродное присутствие, никто не пытался вмешаться в его мыслительный процесс или оставлять ценные реплики. Кроме того, не было и иных симптомов, не болела голова, не путались мысли. Видимо заклинание мага разума сработало как нельзя лучше. Хотя иного странно было ожидать. Он еще не встречал случаев, когда магия отказывалась работать. Правда это было его первое взаимодействие с магом, остальное он слышал от своих знакомых.
Если магия сработала как нужно, значит и все обвинения с него сняли, после чего оставили отходить от чар в одной из городских таверн. Именно такое объяснение появилось в голове дворянина, чем весьма обнадежило ее носителя. «Вот бы еще маг ничего не сломал в моей голове - будет вообще хорошо». В каком-то смысле магия действительно была панацеей. Но вот маги между собой сильно отличались. Кто знает, с какими оценками этот волшебник закончил свою академию, скольких людей вылечил и насколько ответственно отнесся к работе. Так что обращаться к ним надо только в крайних случаях и желательно, предварительно проверив репутацию конкретного колдуна. По крайней мере так советовал ему делать отец и то же самое Архон посоветует своим детям.
Как будто подтверждая его мысли, все тело отозвалось болью. «Боже, меня что сюда не принесли, а пинками докатили? Или, правда, колдун подарочек оставил?». Эти неприятные ощущения послужили неким катализатором и полностью вернули ему контроль над телом. Немедленно открыв глаза и пошевели головой, аристократ обнаружил себя в достаточно просторной и темной комнате. Так же нашлась и причина болезненных ощущений. Он лежал прямо на жестком полу, символически покрытом чьей-то тонкой шкурой. Графские изверги, вместо того что бы положить его на стоящую рядом кровать, буквально бросили посреди комнаты, где мужчина и пролежал часов пять без малейшего движения. Все конечности отекли и задеревенели, вместе со спиной, на которой он лежал. Что бы не пострадать еще больше он аккуратно поднялся, держась за кровать, так как еще не вполне уверенно себя чувствовал и решил сначала разобраться с едой. Не то что бы он был настолько голоден, просто пока не был готов к другим решительным действиям.