К счастью для Уриэля и всех обитателей Первой академии именно она стала местом исторического события. Магическую дуэль Архимагов не провести в голом поле, нужна комплексная защита для зрителей и ландшафта, которую не создать за пару дней. Подходящие арены были разве что в академиях и в совете мастеров. Площадка их академии была самой вместительной. Уриэль был рад, что им не пришлось далеко идти, чтобы увидеть эпохальную схватку. Сейчас они с друзьями сидели на одной из трибун, почти у самой крыши. Лучшие места заняли люди поважнее. В отдельных ложах находились Архимаги, Великие маги, знать, не участвовавшая в войне. Император редко посещал любые мероприятия, не почтил своим присутствием и это.
Уриэль в это время пытался спешно вспомнить все, что он знал о боевой магии. Он не должен упустить ни единой капли знаний, преподнесённых ему предстоящим сражением. Убить или победить мага можно всего двумя способами: ранить его тело или его ауру. На тело воздействовать могли заклинания, наполненные любой маной, кроме чистой. На ауру воздействовали только чары, базирующиеся на чистой мане или высшая магия тьмы и света. Вообще, чем больше Уриэль узнавал о магии, тем меньше он понимал. Например, та же магия четырех стихий: огня, воды, воздуха и земли – являлась в реальности магией агрегатных состояний. Плазмы, жидкости, газа и твердой материи соответственно. Уже это вызывало вопросы. Очевидно, что человек состоит частично из жидкости и частично из костей, мышц, волос и прочих твердых веществ. Логично предположить, что именно эта мана будет в нем находиться. Но тут почему-то вступала в игру мана жизни. Хотя это не так важно. Вот со светом и тьмой намного сложнее. Если свет объективно существует, хотя и ведутся споры что это, частица или волна, то вот никакой тьмы уже не существует. Просто нет такого объекта. Тьма это всего лишь слово для описания отсутствия света. В общем магия тьмы являлась для него, что иронично, темным лесом. И маг тьмы Мунит понимал в ее природе не больше. С другой стороны, непонимание природы огня не мешало древним людям этот огонь создавать и использовать. Так и волшебники пользовались тьмой, не понимая ее природы. С магией жизни и смерти все было еще сложнее. Но не об этом речь.
У любых атакующих чар могло существовать максимум три поражающих фактора, хотя обычно было меньше. Первый – это непосредственное физическое воздействие. Огненный шар, летящий в лицо, водяной хлыст, каменное копье или воздушные ножи. Испепеляющий тело свет или поглощающая его тьма. Второй фактор – это явления, основанные на базовых принципах физики. Огню для горения нужны определенные газы в атмосфере, например, кислород. Кислород так же нужен и человеку для дыхания. Если заполнить всю арену огнем, то противник не только не сможет дышать, но и не сможет использовать более огненную магию так как в этом пространстве уже нечему гореть. Так же можно убрать и всю влагу из воздуха, не давая использовать чары воды, убрать воздух и не дать использовать плетения этого типа. Из-за таких недостатков огня, воды, и воздуха все высокоранговые боевые маги обязательно изучали направления света и тьмы. Земля, казалось бы, не имела такого недостатка, ее нельзя заблокировать, но и с уроном у нее были проблемы. Единственный способ атаки – это просто разогнать каменную болванку и врезать ее в противника. К счастью с такими атаками справлялась почти любая защита. Ну и последний поражающий фактор – это заклинания, направленные на ауру. Они требовали чистой маны или иногда маны света и тьмы.
Главное, что нужно понимать в любом магическом поединке – это отношение слабости тела и ауры мага и силы его щита. Тогда как различные защиты могли выдерживать экстремальные воздействия миллионов градусов, огромное давление, ошеломляющие удары, их тела и ауры в это время не слишком отличалось от обычных, человеческих. Им хватит малейшего воздействия, легчайшего толчка, чтобы сломаться и перестать работать. Поэтому любой опытный маг сначала всеми силами ломал вражескую защиту, а потом уже небольшим точным ударом выводил из строя тело или ауру.