На скорую руку приведя жизненно важные участки тонких тел животных в порядок, Уриэль решил умыть отсюда руки. В первоначальный вид, с его ограниченными знаниями и навыками, их все равно не привести, по крайней мере за какой-то адекватный временной период. Так что разумно будет ограничиться всем известной аксиомой, что лучшее – враг хорошего. Особенно если учесть, что нанесенные повреждения со временем восстановиться и так, ведь аура гораздо устойчивее к поломкам, чем материальная оболочка. Приняв это решение, Уриэль сразу сообщил Иштику, что вылечил животных и те скоро должны вернуться в норму. Подарки не заставили себя ждать. Теперь руки темного мага оттягивали сырные кругляши, несколько литров густых сливок и огромный шмат сливочного масла, которые тот пообещал занести домой при первой возможности. Закончив коровий вопрос, они с темным магом направились в сторону колодца.
- Мысли, идеи, предложения? – ехидно спросил Уриэль у друга. Молочное производство забылось, едва они покинули дом Иштика. Теперь мысли вертелись исключительно вокруг фигуры неизвестного мага. И в первую очередь думать тут должен как раз его напарник. Если в рамках обычных практических заданий главным был маг жизни, как единственный специалист, то Мунит, начинающий боевой маг, был оправлен вместе с ним как раз для таких непредвиденных случаев. Если говорить о желаниях самого Уриэля, то он страстно мечтал о том, чтобы полностью отстраниться от происходящего. Предел его ответственности – написать в гильдию письмо и убедиться в его доставке. Ничего расследовать самостоятельно, а тем более пытаться решать он не собирался. Да и глупо вообще о таком не то, что говорить, но и мыслить. Однако, интересно, какие размышления на этот счет у его напарника?
- Хм, не знаю с чего начать. Прежде всего, помимо очевидной идеи с незнакомым магом, есть и другие возможные объяснения. Всяких магических тварей вагон и маленькая тележка существует. От астральных паразитов до демонов. Правда вероятность встретить таких тварей в голом поле мала настолько, что и обсуждать не хочется. В добавок не стоит забывать не к ночи упомянутый дух древа. Свиную кровь он пил за милую душу, уверен и от коровьих аур не откажется. Но опять же, его уже кормят как на убой, да и пастбище в другой от него стороне. Пожалуй, ничего кроме колдуна не остается.
- Пфф, вот за это вас умников никто и не любит. Когда надо похвастаться библиотечными знаниями, так вы первые, а как сообразить что-то самому, так сразу коса на камень находит. До этого – я и без тебя догадался. Меня волнует лишь то, что, ты, как главная боевая единица, нашего маленького отряда, предлагаешь? Естественно, кроме описания этого случая в отчете о практике. – Уриэль не мог сдержать язвительности. Бесконечные хождения вокруг да около начинали откровенно бесить. Пока, он сам говорит с ясностью и прямотой, остальные предпочитают пороть чушь и не могут перейти сразу к делу. И маг тьмы был здесь далеко не самым худшим экземпляром.
- А что мы сделаем? По такой распутице никто из деревенских в город просто так не поедет, значит депешу нам послать не с кем. Самим уехать? В этом случае мне видится незачет практики, с занесением в личное дело, что является первым шагом к отчислению. Да и сам подумай, что тут опасного? Допустим, мы имеем дело с магическим шпионом или отчисленным студентом, или еще каким отбросом, проводящем свои эксперименты на животных… Нам-то, что с этого? На каждом студенте висит сигнальное плетение ректора, в нашем случае, целого Архимага! Напав на нас, любой подписывает себе смертный приговор. Если у мага есть хоть крупица разума, а волшебники редко бывают безумны, то нас никто не тронет и пальцем! Наказание неизмеримо больше награды.
Они уже успели подойти к ближайшему деревенскому колодцу, расположившемуся на излучине главной улицы, но Уриэль и не думал приступать к задуманному, продолжая наседать на своего друга.
- Мунит, не надо думать за других! Мне без разницы, что это за маг, или, бери шире – существо, что он там думает и хочет. Имеют значение только наша собственная безопасность и те действия, которыми мы ее можем обеспечить! Теперь вопрос понятен!? Что предпримешь лично ты, и чем я могу тебе помочь!? – Наивность темного мага просто поражала Уриэля. Кажется, именно тут проявлялась разница их воспитания. Воспитанный в тепличной школе Мунит, который в жизни не сталкивался ни с чем кроме книг и экзаменов, решительно отказывался мыслить самостоятельно и рассчитывать исключительно на себя. Маг жизни, опыт реальной жизни которого тоже мало отличался от нуля, уже давал ему сто очков вперед.