- Да что же это за мир такой? И почему мужчины так издеваются над женщинами?
- Не над всеми женщинами издеваются, а только над теми, кто этого заслужил. Например, жена изменившая мужу, сразу же после того как ее вина будет доказана, отдается на растерзание любых мужчин, которые захотят с ней поразвлечься, а после ее отдают в монастырь, где она и находится до скончания ее дней. А ее любовника казнят на площади. Или если жена досталась мужу не девственной, ее бьет палками муж, пока не устанет рука, иногда со смертельным исходом. Законы у нас суровые, но справедливые.
- А мужчина изменивший жене наказывается? - невинно поинтересовалась Катя.
- Да, такого мужчину отправляют в шахты добывать уголь, а его любовницу в бордель.
- Какой кошмар, то есть если замужество, то это навсегда получается? А если жена или муж против? Что тогда?
- Живут каждый своей жизнью, вроде бы вместе, но спят отдельно. Слушай, а может мне на тебе жениться? Пойдешь за меня замуж? - то ли в шутку, то ли всерьез спросил Эндрюс.
- Но Вы, же меня не любите, и я Вас, как мы жить будем?
- Хорошо мы жить будем, даже родим наследника, точно, сегодня же скажу о своем решении брату. Ты только подыграй мне, ладно?
И Эндрюс вдруг наклонился, чтобы поцеловать ее. Поцелуй получился на удивление нежный и успокаивающий, но, к сожалению, не затронул ее никак.
- Эндрюс, я не могу обманывать вас, я не смогу жить с вами, как муж и жена. В прошлой жизни у меня были и муж и ребенок. Но они погибли. И врачи мне сказали, что детей у меня больше не будет. Тем более, как я переживу удары палками, ведь я уже не девушка. Да и зачем мне это. Я не хочу замуж, даже за вас.
- Сделаем вид, что я этих слов не слышал, - он повернул снова в сторону дома, - пойдем в имение. Подумай еще о моем предложении до завтра, не торопись.
И они не спеша пошли к дому. По дороге Катя попросила Эндрюса показать ей книги, которые бы она понимала, на что Эндрюс ей ответил, что со временем она начнет понимать, что написано в книгах, так как надо определенное время, чтобы имение привыкло к девушке и тогда оно начнет показывать ей и открывать все больше секретов. Начнет признавать в ней хозяйку, а может, не начнет, потому что Элли имение так и не признало. И как бы Эдвард не гневался и не ругался, а имение не поддалось. Оно у них с характером.
Часть 3. Неудачный побег и другая комната.
За ужином Катя больше молчала, чем говорила. И как бы ни старался Эндрюс, она его слушала вполуха, отвечала невпопад. Хорошо еще, что старший братец не присутствовал на ужине.
Попрощавшись с Эндрюсом, Катя ушла в свою комнату. У нее по прежнему из одежды были только туфельки на каблучке и бледно-розовое платье. Далеко в таком наряде не убежишь. Катя закуталась в меховое одеяло и подвязалась куском ткани, которую оторвала от простыни. Не станет она ждать полнолуния, убежит сейчас отсюда, а там будь что будет. Про замужество с Эндрюсом она даже не думала, не тот он человек, которого она видела своим мужем. Прокравшись к выходу, никем не замеченная, она вышла из имения. Бежать она решила через сад. Продираясь через кусты, она не заметила, как из сада вышла в дикий лес, а поняла это только тогда, когда в темноте на нее уставились два горящих глаза, и послышалось рычание хищного зверя. Катя рванула изо всех сил до первого дерева, кое как она залезла на нижнюю ветку и устроилась поудобнее, когда снизу увидела большую черную и мохнатую кошку с огромными клыками. Странно, но кошка не умела лазить по деревьям, она прыгала под деревом, рычала, рвала когтями ствол, но залазить дальше даже не пыталась.
- Тише, тише, - сказала ей Катя. И кошка, как будто поняв ее, улеглась под деревом. Но глаз от Кати не отводила. Стоило Кате только пошевелиться, она вскакивала и начинала грозно рычать. Затем видя, что Катя никуда не делась, она вновь ложилась под деревом.
Да о таком повороте дел Катя не задумывалась. Далеко она не убежала, скоро ее хватятся и найдут.
- Лайма, Лайма, хорошая девочка, где же ты? - услышала она голос, а затем и увидела самого хозяина. Это был Эдвард. Он явно звал свою питомицу, которая караулила ее под деревом.
- Вот ты где, негодница, и что тебя здесь задержало? - и он взглянул наверх. - Кого я вижу, наша гостья, собственной персоной, Вы никак заблудились?