— А почему так происходит?
— Дьявол жесток. Возможно, он так делает для удовлетворения своего эго. Пойми этих демонов…
— Дьявол жесток это понятно, но почему Бог позволяет ангелам пасть? Особенно невинным женщинам после родов?
Григорий замолчал. Он шел, опустив голову и пиная попадавшие по пути камушки. Мне захотелось забрать этот вопрос обратно или вообще никогда не упоминать о нем.
— Я уже тебе рассказывал, что детей в раю можно зачать только с благословения. Если зачатие происходит без него, то ребенок занимает место матери, — Айрос хмуро покосился на Григория, замечая, как изменилось его поведение после упоминания о родах. — Это что-то вроде наказания за непослушание, ведь ангелы не должны подобным образом появляться на свет. Изначально было запланировано, что чистые души людей, будут становиться святыми и в дальнейшем ангелами, но современный мир погряз в пороке, и абсолютно безгрешных нет. Демоны увеличивают свою численность с катастрофической скоростью, а небеса пытаются всеми способами поддержать баланс добра и зла. К тому же численность населения у смертных с каждым разом растет, если оставить человека без хранителя, он долго не проживет или погрязнет в грехе, не понимая, что плохо, а что хорошо.
— Если вас так мало, то зачем наказывать женщин, отправляя их в ад тем самым увеличивая численность демонов? Это не логично.
— Ангелам запрещено иметь что-то общее с людьми. Изначально они были созданы совершенно для других целей, но со временем их мировоззрение изменилось. Они стали ближе к смертным. Начали влюбляться в них. Бог закрывал на это глаза по началу, но после истории с Вилесаной и Диллионом понял, что в Мир Смертных не следует вмешиваться, дабы избежать серьезных последствий.
— Но современные люди другие, — возразила я. — Они не верят во все сверхъестественное и не боятся.
— Возможно и так, — задумчиво продолжил Айрос. — Но смертные сейчас стремятся изучить все им неизвестное. Представь, что будет, если кто-то из нас попадет им в руки? Что произойдет, если они найдут способ стать бессмертными благодаря своим опытам?
— Перенаселение, дефицит и хаос, — скороговоркой ответила я.
— Это меньшее из зол. Люди грешны, и от количества жизни их грехи преумножаются. Абсолютного бессмертия они не смогут добиться, скорее очень длинного долголетия, и те, кому оно надоест, покончат жизни самоубийством, что является одним из самых больших грехов. Собирая за всю свою длинную жизнь пороки, они больше не смогут попасть в рай, а вот в ад вполне.
— Да, это действительно плохо, — за то время пока Айрос пробыл со мной в Смертном Мире, он неплохо стал понимать людей, и с приведенными им доводами тяжело не согласиться. — Но я так и не поняла, почему женщины попадают в ад.
— Любовь должна быть чистой. Ребенок, родившийся без благословения, появляется не от чистой любви. И тут становится выбор, либо мать жертвует собой и отправляется в ад, либо дитя рождается демоном.
— Погоди-ка! — воскликнула я, наконец-то понимая, к чему он ведет весь этот разговор. — Под благословением ты имеешь в виду брак?
— Совершенно верно.
— Тогда… — я перевела взгляд на Григория, картина начала постепенно вырисовываться. — Вы с Анной не были женаты?
— Нет, — понуро ответил он. — Она забеременела до того как мы получили благословение. Шансы были пятьдесят на пятьдесят, что ребенок родится нормальным и Анна останется с нами, но судьба распорядилась иначе.
— А разве не Бог вершит судьбу? — с сомнением спросила я.
— К сожалению, нет. Он может повлиять на нее, но итоги не зависимы от его желания. Дело случая, — Отрицательно покачал головой Айрос.
— Вы только что перевернули все мои понятия о жизни и смерти, — ветер постепенно усиливался и, подгоняя в спину своими пыльными вихрями, заставлял ускориться. — Хотя нет. О смерти у меня поменялось мнение еще у Виктории дома… О-о-о! Да там и правда многоэтажные дома!
Я присмотрелась вдаль. Высокие строения, будто белое пятно во всем этом сером мире, поражали своим величием. Меня пробрало чувство ностальгии, и грудь защемила тоска. Все-таки немного скучаю по смертному миру, в нем есть что-то, чего нет здесь. Смертный мир на удивление хрупок и жизнь в нем кипит из-за ее ограниченности. Люди стараются совершенствоваться и привносить что-то новое, они движутся вперед, в отличие от жителей Мертвого Мира. Здесь нет потребностей, ты просто существуешь и ждешь, когда же тебя определят по какому-то из адресов либо ад, либо рай…. Но, может, это просто необоснованные домыслы, ведь я еще не видела ни единого селения наполненного душами смертных, и этот город полностью изменит мое восприятие здешнего мира?