— В смысле?.. — сердце ушло в пятки. В горле застрял ком. Я сильнее сжала фотоаппарат, не обратив внимания на упавшую с плеча сумку. Перед глазами так и стояла сцена угона: Дэйв, в попытках удивить меня, садится в чужую машину, улыбается во весь рот, зная, что снова совершает глупости, и я эти старания не оценю, но он же упрямый! И потом его вдруг останавливают. А у него ни прав, ни машины и уже судимость за плечами… Господи…
— Так вот, потом он позвонил из участка, и сказал, чтобы мы передали о случившемся его подруге – Черри. Мы так поняли, это ты, — заключил Энди, отряхивая мою сумку от снега. — Просил у тебя прощения, что так получилось.
Дэйв… Его ведь предупреждали, что если он попадётся еще хоть раз, то… Боже… Его же посадят! А я не смогу внести за него залог – у нас нет стольких денег! И Роза не поможет, не любит она тёмные истории… Что же делать?
В глазах потемнело. Ноги всё-таки подкосились от сильного переживания, и я чуть не свалилась на землю, но Мартин вовремя поймал меня под руки и усадил на холодную лавочку.
Ребята с испугом переглянулись. Наконец, ранее молчавший Винс, что сидел рядом, покачал головой и тихо выдохнул: «Шутники, блин», — а затем встал с лавочки и зашагал прочь из сквера, сунув руки в карманы.
Я тряхнула головой, избавляясь от пробившей дрожи. Шутка? Это была шутка? Я не верила. Нельзя так зло шутить, это просто не смешно. А если не шутка, что нужно узнать, куда посадили друга и уже сейчас начать делать что-то для его освобождения.
— Эй, ты в порядке? — наклонился Флэтчер, рассматривая моё лицо. — Да, вроде, не бледная...
Я же не могла из себя и слова выдавить, просто вцепилась в фотоаппарат, сжимая его до белых костяшек на пальцах, и старалась ни на кого не смотреть. Еле дыша, я чувствовала, как немели ноги, а в голове только одна мысль вертелась: хоть бы с Дэйвом всё было хорошо, хоть бы это действительно оказалась просто дурацкая шутка.
Рядом присел Мартин. Он безмолвно протянул мне сумку и кивнул Энди. Его друг почесал затылок и виновато изрёк, по-дружески хлопнув меня по плечу:
— Блин, ты это, прости, — и тут же добавил: — Мы ж не знали, что ты так переживать будешь…
Я молча рассматривала ботинки блондина, от нервов начав щелкать крышкой вспышки фотоаппарата. Так это всё-таки шутка…
— Блин, Март, это твоя идея вообще была, чего я извиняться-то должен? — так и не дождавшись от меня ответа, возмутился Энди, нахмурив брови.
— А потому что ты продолжил шутить, когда я остановился, — спокойно пояснил Мартин.
— А чего ты меня не остановил-то, блин? — продолжил возмущения Флэтчер. — Вот, когда мы над Энн подшучивали, ты, главное, меня останавливал, а как над чужой подружкой смеяться – это всегда пожалуйста, что ли?
— Так, ты чего разошёлся, я не понял? — кивнул его собеседник, пнув ногой воздух. — Хочешь, чтобы я перед Черри извинился? Но шутил-то ты.
— Да?! А ты первый начал!
Наблюдать за их руганью было неприятно, особенно когда до меня всё-таки дошло, что это действительно шутка, поэтому и отпустила фотоаппарат, отчётливо попросив:
— Всё, ладно, перестаньте собачиться, — затем немного помялась, в последний раз щёлкнув крышкой вспышки, и пробубнила: — Как вам вообще могло прийти в голову такое сказать...
— Это ты у Марта спроси! — Энди закинул ногу на ногу и начал ей трясти, скрестив руки на груди и отвернувшись от Мартина, скорчив самое обиженное лицо на свете.
Блондин же вздохнул, приложив ладонь ко лбу, и примерно минуту молчал. Я успела немного отойти от представленной сцены угона и даже посмеяться с этой глупой ситуации. Не думала, что первое знакомство с ребятами из группы пройдёт именно так. Ну и шуточки у них, конечно. Хотя я сама виновата, что повелась на такое. Дэйв уже года три, как не занимается чем-то подобным, с чего ему было угонять что-то сейчас? Да он бы скорее друга своего попросил, тем более, что Винс на машине.
— В общем, извини, что так получилось, — наконец произнёс блондин. Казалось странным, что, когда он говорил – никогда не смотрел на собеседника, будто с пустотой разговаривал. — Мы просто подумали, что было бы забавно понаблюдать за твоей реакцией. Думали, ты в полицию побежишь или к телефонной будке, или вообще не поверишь нашим словам, или... Много чего думали. Только вот этого предположить не могли. Прости, мы больше не будем так шутить.
Его слова звучали искренне, с сожалением, так что я смягчилась, подавив обиду внутри себя, и вновь глянула на вход в парк, надеясь увидеть знакомый силуэт. Я сощурилась, поправив челку, а затем опустила голову, не с громким выдохом пробубнив:
— Ладно, хорошо, это было не смешно и очень глупо, но всё в порядке. И… — затем пришлось приложить усилие, чтобы не улыбнуться, — Дэйв правда при вас говорил обо мне?