— Множество раз, — подтвердил Мартин. — И шутку мы заранее придумали, почти сразу, как услышали…
— Ты придумал! — обиженно воскликнул Флэтчер, прервав друга.
— …как впервые услышали о тебе.
Я вновь вгляделась на вход, стараясь лучше рассмотреть двух приближающихся парней. Вначале я подумала, что это просто прохожие, но постепенно, как только силуэты начали проясняться сквозь усиливающийся снегопад, что-то тревожно кольнуло в груди, а мысли замерли.
Это были Дэйв и Винс, тот самый, что совсем недавно ушел, оставив извиняться двух своих коллег. И, если б не он, я бы ни за что издалека не узнала своего друга: пушистые тёмные волосы хаотично развевались на ветру, утеплённый светлый пиджак совсем не прикрывал шею. Только когда тёмные ботинки сверкнули пряжкой, – сомнения тут же испарились при напряжённом выдохе, и я инстинктивно вскочила с лавки, направившись к ребятам.
Сердце было не в силах вынести этого отчаяния – колотилось как мотор, и сразу леденело, пропуская пару ударов. Кровь прильнула к щекам, безмерная радость от долгожданной встречи рвалась наружу горячими слезами, но я ещё могла их сдерживать. Неуверенно улыбнулась, остановившись в нескольких шагах, и затем почувствовала, как перехватило дыхание и заложило уши, когда Дэйв, словно зеркальное отражение, так же неуверенно остановившись, улыбнулся мне в ответ. Черты его лица размягчились, и теперь в глазах ясно читалось искреннее, неподдельное, яркое и, несомненно, взаимное счастье. Именно в тот миг я не замечала больше ничего вокруг.
Полный надежды, красноречивый, беспокойный, неуверенный, полный доброты и ожидания, Дэйв колебался, боясь сделать что-то не так, испугать меня. Я заметила, как его тело дрожит. Злой ветер помял его модный пиджак, но тот ничего с этим не делал. Просто застыл в немом ожидании.
Я улыбнулась чуть шире, подавляя подступающие слезы и ноющую боль в груди. Вот он, передо мной – целый и невредимый. Не нужно обзванивать полицейские участки, не нужно собирать деньги и вносить залог; Дэйв в порядке. Я на мгновение прижала пальцы к губам, а затем неосознанно двинулась навстречу другу – практически бегом. Раскинула руки, все-таки уронив пару горячих слез, и тут же угодила в объятья, чувствуя, как тело словно оттаяло: не было прежнего страха или навязчивой тревоги, я забыла обо всём на свете, ощутив невероятное облегчение от того, что с ним все хорошо. Фотоаппарат уперся в грудь, но это не волновало, так как друг его быстро снял, протянув Винсу. Тот ушёл к лавочке, оставив нас наедине.
Дэйв одним только видом всегда мог успокоить меня собственной открытостью, мог отогнать все тревожащие мысли, но теперь всё случилось с точностью наоборот. Я переволновалась, и теперь не оставалось ничего, кроме как попытаться сделать что-то взамен на его доброту, но я ничего не могла в таком положении. Даже банального «привет» вытянуть не могла, все слова казались такими ненужными, хотелось только слушать и никогда не отпускать друга. Хотелось простоять так целую вечность, слушая его дыхание и чувствуя необъяснимое тепло в душе.
— Чер, ты меня задушишь так, — хохотнул Дэйв, затем поднял меня на руки, из-за чего я довольно взвизгнула, и тут же шепнул, сжав объятия еще крепче: — Я тоже скучал по тебе...
Прежде чем я успела отреагировать, он опустил меня на землю, хитро добавив:
— Но, ты знаешь, если бы я сказал об этом по телефону, ты бы снова бросила бы трубку, обозвав меня дураком.
Я засмеялась, смахнув со щек слезы:
— Ты, Гаан, просто любишь смущать меня подобными фразами!
— Просто кто-то очень любит смущаться, — тут же подхватил друг. — Но, ты не подумай, Чер, мне это в тебе нравится. Ты становишься очень милой. О, и когда хмуришься – тоже!
Я покачала головой, отбросив желание обидеться на его слова.
Ещё несколько секунд мы просто стояли, держась за руки и улыбались, осматривая друг друга.
Я заметила, что друг подрос. Теперь он точно был выше меня на пол головы или даже чуть больше. Он не стал укладывать волосы в свой стильный «ёж», а также убрал пирсинг из носа, но оставил в ушах.
— Ты постриглась? Тебе идёт, — заметил Дэйв, одобрительно кивнув. Он ухмыльнулся и зашагал в сторону заждавшихся нас парней на лавке, выдал: — Мне кажется, или ты вниз растёшь?
— Уж помолчал бы, — всё-таки надулась я, — сегодня мог бы и не акцентировать внимание на моём невысоком росте. День Рождения, как-никак.
— Твой рост – это вторая вещь, которая тебя украшает, — серьёзно ответил друг. Он нахмурился, нервно проведя по носу свободной рукой. —Только ты это, не зазнайся. Я это по-дружески сегодня говорю… Просто не хочу тебя обижать в твой праздник.