— Тяжёлый день? — тихо спросила я, со скрипом отодвинув стул и присев рядом с немкой.
Девчонка подпёрла ладошкой рот, отвернувшись к декоративной пальме. Отвечать она явно не собиралась.
Не успела я толком усесться, как неугомонный Стивен, тряхнув светлой нечёсаной шевелюрой, выскочил из тёмно-синего лишенного живых цветов банкетного зала, откуда тянуло запахом запечённой индейки, свежего хлеба и жареного картофеля. Завидев меня, он приветливо улыбнулся: «О-о, Чарли наконец явилась! Ты сегодня как обычно работаешь, в курсе?»
Я мотнула головой, оттянув узкие рукава рабочей блузки:
— Нет. В каком смысле?
— Сегодня все старшие работают в банкетном зале, а четверо младших – стандартно в этом, — пояснил Стив и, махнув рукой, скрылся на кухне.
Такое распределение показалось странным, но с директором не поспоришь. Видимо, у кого-то наметился огромный праздник, раз Крис решил почти всех официантов вместе с менеджером отправить обслуживать вип-гостей. Впрочем, мне лучше, что сегодня большинство будут находится в другой комнате – не встречусь с Полом, смогу отдохнуть от его постоянных упрёков и замечаний.
Через несколько минут в зале стало заметно шумнее. Берлина не реагировала на окружающих, выводя пальцем замысловатые узоры в углу гладкого столика, а я, немного расслабившись, краем уха уловила любопытные фразы о том, что вскоре сюда соберутся важные шишки, чтобы обсудить некое мутное дельце с нашим директором, но в это верилось с трудом. Зачем каким-то влиятельным людям бронировать целый зал торжеств просто для того, чтобы поговорить с Крисом?
Ответ не заставил себя ждать. В зал, вместе с Уайтхедом, спустился Решетич и, остановившись возле меловой доски, прохрипел: «Так...».
Прежний гул от разговоров сменился звенящим шепотом. Пол надменно прошагал мимо нас с толстой папкой в руках, усевшись за соседний стол. Решетич устало вздохнул, оглядев своих сотрудников, и, немного откашлявшись, начал объяснение:
— Наше кафе было выбрано для проведения очень важного совещания генеральных директоров, — сипло выдавил из себя Крис, снова взяв небольшую паузу, чтобы поправить душащий галстук. Перейдя на привычную хрипоту, он продолжил: — Будут решаться вопросы слияний нескольких кафе в одну ресторанную сеть. Всё должно пройти в атмосфере строгой секретности, так что я вынужден попросить вас, друзья, подписать кое-какие бумаги перед банкетом. В целом, относитесь к этому собранию, как к обычному рабочему дню: не забывайте улыбаться, не путайте заказы и соблюдайте технику безопасности. Прошу всех, кто ещё не подписал нужные бумаги, пройти в мой кабинет. Собрание начнётся через полчаса.
Зал снова зашептал, а я и ещё несколько коллег потянулись на второй этаж вслед за директором.
Наверху всё дурно пропахло никотином; едкий дым щипал глаза и раздирал горло. На моей памяти Крис столько выкурил лишь однажды, когда к нам приехала первая проверка контроля качества – тогда он сам признался, что сильно перенервничал, и в естественной ему манере извинился за предоставленные неудобства. Но даже тогда светло-серая пелена не закрывала собой предметы...
Обеспокоенность директора стала понятна, как только мы подписали все документы: в перечислении небольших кафе, стоящих на рассмотрении в объединение сетью ресторанов «Ля Фига», значился и «Иви Челси». Это означало, что любой из нас, включая Криса, мог потерять свою работу сегодня же, если «большой дядя», Джордж Майлз, отметит наше кафе, как прибыльное.
— Отчего грусть на лице, дорогая? — мирно обратился ко мне начальник, пока я с недоверием разглядывала, как оставшиеся два человека подписывают бумаги.
За его доброжелательностью скрывалась неуверенность. Наверное, на данный момент он и сам хотел некой поддержки со стороны своих сотрудников, поэтому я честно спросила:
— Неужели мы ничего не сможем с этим поделать? Если всё, что описано в документах – правда, тогда имеет смысл обратиться к Франке за помощью. Не хочется, чтобы наше уютное кафе загреб какой-то чужой человек.
— Эх, милая моя, иногда приходится быть наблюдателем... — с безрадостной полуулыбкой на губах протянул директор. Он беззвучно опустил тяжелые руки на стол, сцепив пальцы в «замочек», и ободряюще подмигнул. — Не беспокойся. Я сделаю всё, что в моих силах.
Две девчонки, с которыми я виделась только перед собеседованием три месяца назад, переглянулись и выжидающе уставились на Решетича.
— Думаю, каждый из нас мог бы чем-то помочь... — продолжила я, встретив заинтересованные взгляды официанток, но Крис неодобрительно покачал головой. Он мельком кивнул на стопку подписанных бумаг, как бы намекая, что мы ничего не должны об этом знать. Официантки спустились вниз, о чем-то шепчась, а я, быстро взяв себя в руки, сменила тему: — Вы думаете, что мы сегодня справимся с потоком людей вчетвером?..