Нет, было что-то в его заметной сутулости, в застывшей позе, в том, как он прятал руки в карманы, и в его прямом профиле лица, от которого невозможно было отвести глаз.
Я переменилась с ноги на ногу, беззастенчиво рассматривая этот профиль. Не могла понять, почему он кажется столь привлекательным: острый нос и прямые скулы, разросшиеся русые брови и хитрые светлые глаза – всё это делало его лицо каким-то хищным и притягательным. Наверное это и называется харизмой, природной красотой.
Посмотреть бы поближе, в анфас. Или сфотографировать! Эти светлые глаза... Светло-серые... Везёт мне на сероглазых!
В это же мгновение парень устремил свой взгляд прямо на меня, прямо в душу, вывернув наизнанку этим холодным интересом, сменившимся на легкое смятение. Сбилось дыхание и я сделала шаг назад. Рыжая челка все ещё налипала на лоб, но я не спешила ее поправлять, чувствуя, как лицо заливается краской, а воздух, спертый и тяжёлый, еле достигает лёгких. Я проигрывала во внутренней борьбе с навязчивым желанием продлить этот момент и одновременно разорвать его. Если это чувство можно назвать ударом молнии, о котором твердил Дэйв – тогда понятно, почему он запомнил меня в 75 году. Я прижала ладони к груди, и мы простояли, смотря друг на друга, еще пару секунд, пока он вдруг не представился: «Алан Чарльз Уайлдер».
Его уверенный и теплый тон ещё больше сбил с толку. Я пришла в себя, отодвинув дальнейшие размышления о природе обаяния этого парня, и, распахнув дверь, ногой выдвинула наполненное ведро в зал. Магия того момента ещё не сошла окончательно, и я улыбнулась: «Приятно наконец познакомиться с тобой, Алан».
Хоть его имя и состояло из первого и среднего, я решилась самостоятельно определить, как к нему обращаться.
— Взаимно, Чарла, — подхватил он, обеспокоено оглядевшись. — В чем конкретно требуется помощь?
Теперь он явно отбросил притворную доброжелательность, присущую ему в предыдущих наших встречах. И пусть первое впечатление о нем оказалось несколько омрачено, я от чего-то была уверена: Алан – отличный парень.
Покосившись на ведро и вновь на Алана, я обвела рукой, а второй убрала челку:
— Нужно вымыть полы в зале и протереть верхние полки. До них я не дотягиваюсь, так что ты, пожалуйста, начни с этого. Весь инвентарь в уборной; кассеты и пластинки складывай в коробку, я потом помогу расставить их по местам… Затем разберемся с окнами и стеклянными витринами, вынесем мусор… работы много, на самом деле. — Я замялась, прокрутив в голове разговор в кафе, и решилась оправдаться: — Не пойми неправильно, Алан, я не хотела тебя чем-то обидеть.
— Даже если бы ты хотела, Чарла, я благодарен, так как в самом деле нахожусь в трудном финансовом положении, — в его голосе не чувствовалось неприязни. Он слегка улыбнулся, вероятно, не поняв, к чему я это сказала.
Он прошел мимо меня в уборную, а я взяла швабру, стоявшую возле прилавка, и окунула в ведро вместе с наброшенной на нее тряпкой. Серая грубая ткань потемнела, впитав воду, и потяжелела, как мои мысли.
Значит, я правильно поступила, когда заплатила из своего кармана за его обед в кафе. И выглядит он так бедно, не потому что хочет так выглядеть, а потому что не может иначе. Ему даже новые ботинки не на что купить? Ходит в дырявых…
Нашу семью не затронул кризис, так как у нас была «подушка» на этот случай – магазин. Музыка всегда популярна. Однако на улицах все чаще заметны такие как Алан – оборванные и обозленные, люди, лишившиеся своих рабочих мест, не имевшие возможности потратить лишний пенс, живущие в нищете или на грани. Скольким семьям в Британии приходилось экономить, чтобы просто выжить? Даже в Лондоне, в столице этой «великой страны», жизнь протекала далеко не так радужно, как об этом вещало телевидение, трубило утреннее радио и гласили заголовки газет. Люди недовольны. Они готовы к переменам, они хотят лучшего, хотят слышать правду, но вместо этого нас всех «кормят» новостями о свадьбе Леди Ди и принца Чарльза.
И я не задумывалась до этого момента, как тяжело приходится Дэйву, Бертольде Баумгартен, Сиду Уайтчепелу и остальным хорошим ребятам, которым просто не повезло родиться в семье среднего класса.
Начало работы протекало в тишине. Алан усердно тер пустые полки, пока я задумчиво возила мокрую пенную тряпку, оставляя на полу мыльные белые пятна от порошка.
Молодежь справляется, как может. Дэйв неплохо зарабатывает на концертах, Берлина не сидит на шее брата, обеспечивает себя самостоятельно, работая в кафе, Сид уехал на заработки в другое графство... Они стараются, каждый из них.