Алан, наверное, тоже старается. Может, ему не везёт? Может, мне стоит предложить парню работу здесь, в магазине, но как к этому подойти? С какой стороны начать разговор? Папа все равно хочет найти нового сотрудника, так что все можно оформить официально, но ведь сам парень может не согласиться. Скажет, что лезу не в свое дело.
Еле сдержав тоскливый вздох, полный усталости и жалости, я оперлась на швабру и поправила синий фартук.
Ну разве я, взрослая и самостоятельная девушка, не смогу без одобрения отца предложить Алану честную работу, связанную с музыкой? Пускай зарплата будет зависеть от количества продаж, пускай это будет каких-то двадцать фунтов в неделю, но этого достаточно на покупку новой одежды, например...
Я обернулась на Алана, раскладывающего обратно на круглые стенды кассеты. Он стоял ко мне спиной, но в отражении окна было видно, как он сосредоточен. Внимательно изучающий каждый альбом, он сортировал их ровно в том порядке, в каком они лежали до уборки. Вернувшись к мокрому полу, я еще пару раз потерла особо грязное пятно и окончательно сдалась.
Как говорила Берлина «как бы мне эта щедрость боком не вышла». Попросту страшно предлагать что-то подобное, даже не разобравшись в ситуации. И стоит ли мне быть такой доброй к незнакомцу? Нужно ли ему это? Почему это меня вообще волнует? Главное ведь сегодня успеть привести магазин в порядок, до возвращения папы. А после – уже забивать и ему, и Алану голову трудоустройствами.
Я завершила мытье пола, и окинула взглядом весь зал. Пускай тут еще было, над чем работать, но грязь не так сильно бросалась в глаза. Результат не мог не радовать. Я устало улыбнулась, когда Алан обернулся на шум, и потащила ведро с мутной водой обратно в раковину. Правда, вылить воду не удалось – парень взял инициативу в свои руки, прервав рассортировку альбомов, и помог с тяжелым ведром.
Мыльный раствор с почти оглушающим шумом вылился обратно в раковину. Я отошла подальше от брызг, почти спрятавшись за высоким парнем.
— Спасибо, — и смутилась, заметив, как напряглись мышцы его рук, а рубашка впитала грязь.
Алан вскинул бровь, окинув меня взглядом. Затем поставил ведро наполняться, а сам произнес:
— В следующий раз попроси меня, я поменяю воду. — Он кивнул на раковину. — Ведро слишком тяжёлое для такой хрупкой девушки.
— Ты был увлечен альбомами, — невнятно оправдалась я, — да и не тяжело мне, с чего ты это взял?
Отпираться было бесполезно. Конечно, одна я еле справлялась, уже порядком выбилась из сил и хотела передохнуть, но проявлять слабость перед малознакомым парнем...
— Это хорошо видно, — ответил Алан, вытаскивая наполненное ведро. — Думаю, что для уборки тут стоило вызвать клининговую компанию. Не хочу показаться грубым и безответственным, я рад помочь, но мне нужен перерыв. Смею заметить, что тебе он тоже не помешал бы.
— Но мне правда нужно закончить тут к пяти, — протянула я, отведя взгляд. — Если сейчас мы прервемся, то потом нужно будет ускориться или что-то оставить, как есть.
Я шагнула в сторону, торопливо схватившись за ручку ведра, но Алан снова перехватил его и напряженно передвинул в зал. Я растерялась, наблюдая за тяжёлыми движениями парня: он молча продолжил протирку стеллажей, размашисто ведя тряпкой по широкой деревянной поверхности полки, и снова не обращал на меня внимания.
Стало стыдно. Он же сказал, что хочет отдохнуть, а я, упрямая овца, так грубо отказала ему! Стоит хотя бы поблагодарить за усердие.
— Алан... давай закончим на сегодня. — В конце концов, за три часа, проведенных здесь, мы достаточно успели сделать – видимой для посетителей грязи не осталось, за исключением заляпанного стеклянного прилавка, с которым я могла бы справиться сама. А вот Журнал... — Спасибо тебе за помощь. Правда.
— Не за что. Я все ещё ощущаю вину за эти несколько фунтов за обед, так что рад, что смог немного восстановить доверие. — Он оторвался от стеллажа, и его лицо приняло серьезное выражение. В моей душе все еще витали сомнения по поводу нового сотрудника и того, что я могла бы сейчас папе предоставить отличного кандидата. Но он может не согласиться, а я – проворонить момент. — Твоя коллега сказала, что ваш начальник не знает об этом инциденте, но, будь я на твоем месте, Чарла, написал бы жалобу, внес в черный список и, только увидев такого наглеца сегодня в магазине, вышвырнул бы за дверь. Забрав деньги, конечно. Так что нахожу твое отношение немного странным. Может быть, нужна еще какая-то помощь, но ты, в силу своей застенчивости, не можешь об этом сказать?
Парень выжидающе замолчал, следя за моей нервозностью. Я мотнула головой, прикусив губу.