Уайлдер на мои слова не отреагировал.
«Он уже сдал экзамены, — гордо объяснял папа, — я сегодня ему машину оставил, он тебя подвезет до дома, чтобы ты по темноте не шла».
Я встрепенулась, хотела напомнить, что не могу ехать с чужими людьми из-за фобии, но он быстро поцеловал меня в лоб и спешно ушел, звякнув колокольчиком над дверью.
Я недоверчиво покосилась на Алана, который облокотился на стеклянную витрину и отбивал пальцами ритм. Казалось, что папа слишком ему доверял, называя парня сложным для понимания, но добрым и готовым помочь. Конечно, он помог нам, согласившись работать здесь за такую жалкую зарплату, но назвать его добрым язык не поворачивался. Как вспомню его притянутую за уши улыбку – мороз по коже ползет! Хотя, моему отцу он никогда так притворно не улыбался.
Я мотнула головой, отбрасывая нежелательные мысли. В конце концов, на сегодня осталась только одна задача – послушать запись и поделиться впечатлениями с Дэйвом, так что я глотнула теплый чай из кружки, взяла в руки семидюймовую пластинку, потянувшись через все кресло, и внимательней рассмотрела обложку альбома.
На ней красовался рисунок брата одного из участников – Винса Кларка – Родни Мартина. Он изобразил стройную девушку в жёлтых штанах и розовой майке. Она смотрела на саму себя со спины – мистер Мартин использовал интересный эффект зеркального туннеля, так что изображение повторялось несколько раз, пока художнику не надоело рисовать, и он не завершил туннель неясным нагромождением квадратов.
Обратную сторону пластинки занимало название группы и список песен. В самом низу заметно выделено «Mute Records», Декой-авеню, 16.
Я аккуратно достала пластинку, будто бы это была ценнейшая вещь в жизни, и, поставив звукоснимающую иглу проигрывателя на самое начало дорожки, нажала кнопку старта.
С самых первых нот у меня захватило дух – музыка звучала потрясающе! Это был синти-поп и новая волна в ярчайших их образах: немного похоже на «Silicon Teens», другую группу Дэниела Миллера и Фэда Гаджета, и что-то более взрослое, вроде тех песен Гэри Ньюмана… Но как же замечательно и тепло играли синтезаторы! Тексты песен настолько же неясные, насколько и завораживающие. Остроту ощущений дополнял сам факт того, что я присутствовала при записи в студии. Танцевальный бит «Dreaming of Me» заставил подпрыгивать на месте и заряжал хорошим настроением; «Ice Machine» действовала немного иначе – вызывала в душе чувство ностальгии. И этот голос, звучащий из динамиков... Голос Дэвида Гаана. Его не было рядом – это так странно, как запись на автоответчике!
— Кто исполнитель? — внезапно встрял Алан, заглянув в каморку.
— Depeche Mode, — отозвалась я, улыбнувшись. — Тебе нравится?
— Не любитель новых романтиков. Слишком приторно и попсово. — Парень скрестил руки на груди. — Вторая композиция интереснее по звучанию. Она мрачнее первой, но не теряет свой жанр.
— А мне нравится. Всяко лучше того, что мы слушали в последнее время – эти хоть не пытаются походить на кого-то, — ответила я, убрав пластинку и выключив проигрыватель.
— Значит, тебе больше по душе легкие мелодии, сочиненные на коленке за пять минут.
— Пять минут сочиняются – пять минут исполняются. В этом нет ничего плохого, на мой взгляд, — спокойно протянула я. От чего-то присутствовала уверенность, что парень не хотел задеть меня этими словами.
Алан вскинул бровь, все еще стоя в дверях. Он прислонился к косяку и выглядел заинтересованным. Его высокий силуэт загораживал свет, падающий в каморку из зала, и я заметила, что волосы парня отливали рыжим. Я нашла это забавным, потому как он был русым. Еще я засмотрелась на небольшую родинку под его подбородком, стало интересно, не комплексует ли он из-за нее.
— Так ты оставила работу в кафе? — полюбопытствовал Алан. — Даже не смотря на то, что работа с сеньором Роверси – лишь временная? Не боишься, что после того, как он покинет страну, ты останешься без работы?
— Нет, — мотнула головой я, — потому что у меня всегда будет, куда вернуться. Крис меня сможет восстановить в качестве официантки, да и тут папа от помощи не откажется… Он не откажется и от твоей помощи, если ты вдруг захочешь уйти, а потом вернуться. Ты-то ищешь себе что-нибудь по специальности?
— Не так активно, как раньше, но все еще в поисках, — подтвердил Уайлдер, но потом съязвил: — Музыкальные группы не часто набирают участников через утренние газеты.
Я, посмотрев на наручные часы, пропустила его легкую грубость мимо ушей:
— Почему ты так стремишься попасть именно в группу? Разве не проще продолжать, ну, в одной определенной студии, чем мотаться по всему свету и давать изнурительные концерты?