Именно поэтому я должна была присутствовать на торжестве. Ко мне "плодотворное сотрудничество" тоже относилось, ведь я полгода носилась с моделями, снимками, парикмахерами, гримёрами и стилистами, как ужаленная, стараясь сделать рабочий процесс легче и удобнее для всех, включая именитого фотографа. Это были полгода безумия, но они не прошли бесследно – теперь хотелось двигаться дальше, что-то делать, чтобы не застрять на месте.
Но больше всего меня пугал не праздничный банкет, и даже не вероятность пропустить программу «Razmatazz», на которой состоится премьера, а именно родители: что-то мне подсказывало, что они не будут такими же понимающими, как миссис Гаан. Они могли не принять того, что Дэйв предложил мне пожить вдвоем в доме моей бабушки, тут, в Бэзилдоне. Недолго, всего до выхода сингла... ровно три недели.
Я тщательно подбирала правильные слова, но была уверена, что весь разговор пойдет не по плану. Родители все еще видели во мне маленькую девочку, которой не стоит окунаться во взрослую жизнь... Но я уже побывала в ней, и готова поклясться, что, в отличие от Пола Уайтхеда, совместная жизнь с Дэвидом Гааном могла бы стать поистине счастливой. Мы могли бы ужиться вместе. Просто нужно попробовать. Именно это я хотела им сказать.
— Чер? — Дэйв обеспокоенно выдернул шнур утюга из розетки и коснулся моей ладони. — С тобой все в порядке?
Я дернулась, снова взглянув на часы. Пятнадцать минут до электрички. Насколько же сильно я провалилась в свои мысли?!
— Да. Просто... — не успела оправдаться, как Дэйв уже потянул меня к выходу, спешно накидывая рубашку и застегивая пуговицы. Он начал было завязывать галстук, но я его опередила: — Давай помогу.
— Я забеспокоился, Чер. Ты даже не заметила, как я вошёл, — озадаченно протянул Дэйв, вскинув подбородок. — Ты в последнее время какая-то рассеянная.
— Все в порядке, — проговорила я, прикусив губу. Врать Дэйву – все равно, что врать самой себе, он ведь все интуитивно чувствует. Но не могу я ему сказать, что проблемы с памятью и такими «зависаниями» происходят неожиданно при разных обстоятельствах. И в больницу пойти не могу. Пока я на чем-то сосредоточена – никаких проблем действительно не возникало. — Нам уже пора бежать. Будешь брать сумку?
— Сложу вещи в твою, если ты не против.
Я пожала плечами и, ухватившись за дверную ручку, поспешила выйти из дома.
Ласковое солнышко раскинуло свои лучи по всем лужайкам улицы Боннигейт, приветливо шуршали листья на кронах высоких деревьев и маленьких садовых кустарниках, где-то вдалеке слышались гудки автомобилей и веселый смех вышедших на прогулку детей – город встречал первый выходной этой недели суетливыми походами в магазины и составлением планов на семейный досуг.
Жителям Бэзилдона этот день казался просто еще одной субботой, отличным днем для отдыха, неспешных прогулок и посещений концертов многочисленных групп, игравших тут и там в пабах. Поэтому прохожие смотрели на нас, бегущих по тротуару, задыхавшихся от собственной спешки, с удивлением и неодобрением.
Я видела перед глазами черные расползающиеся круги и ощущала жгучую тяжесть в горле и груди, стоя в очереди за билетами. Старалась отдышаться, но каждый вдох, каждое движение вызывало неприятный приступ тошноты и предобморочного состояния.
— Я… сейчас умру, наверное, — сдавленно пробормотала я, демонстративно размахивая ладонями перед своим лицом, стараясь хоть ненадолго ощутить прохладную свежесть.
— Пойдем! — поторопил Дэйв, смахивая со лба капельки проступившего пота. — Поезд уже подъехал!
Мы неслись и по лестнице-переходу, и по платформе, размахивая руками машинисту, чтобы он не приводил электричку в движение, и даже по вагонам, стараясь найти сидячие места.
— Видишь, успели все-таки! Теперь можно ненадолго расслабиться. — Дэйв, севший напротив, ликовал и сильнее сжимал мои ладони. Он тяжело дышал, часто сглатывал, но выглядел очень счастливым.
— Ты радуешься, потому что наконец попадешь на обложку журнала? — все же решила поинтересоваться я, отвлекая Гаана от окна.
— Это не радость. Это нервы. Я очень переживаю, на самом деле, — ответил Дэйв, вмиг став серьезным. — Но сегодня ты рядом, и мне немного спокойнее.
Широкая улыбка не сходила с его лица еще долго: станция Бэзилдона давно скрылась из вида, дома сменялись полями, поля – лесополосой, и так от остановки до остановки, до конца маршрута.
Мы были на месте.
Хорошо ухоженный задний дворик «Blackwing studios» эхом отражал голоса молодых людей – Винса Кларка, Дэбби Данахей, Мартина Гора, Энни Суинделл, Энди Флетчера и Джоанн Фокс, которая, завидев нас, тут же подскочила со ступенек, на которых расположилась веселая компания, и помчалась к нам.