Этот имперец был ровесником Натану и обладал всеми чертами коренного анхальтца. Высокий и статный, с симпатичным лицом без единого изъяна и намёка даже на щетину, он наверняка не испытывал проблем с женским вниманием. Тёмно-зелёные глаза с лёгким прищуром, прямые волосы цвета льна, собранные на затылке в короткий хвостик, слегка прикрывающая высокий лоб косая чёлка, островатый подбородок.
Облачение этого парня напоминало одеяния рыцарей, но было светло-серым, почти белым, с красной вышивкой по контуру. Его туника будто бы состояла из чешуек, а в материал куртки, казалось, вплетены мельчайшие кольчужные кольца. И на его руках не было наручей.
Бернард, незаметно для Натана вышедший следом, во все глаза уставился на рыцаря в светлом одеянии и выдохнул:
— Кри́стоф Таг!.. Рыцарь-дракон…
— Но я не мог обознаться, — радостно улыбаясь, продолжил Кристоф и метнул короткий взгляд на Бернарда. — Никогда не забуду твоё лицо, Майер. Как и оставленный ещё в… учебке… шрам. Ты же, надеюсь, не забыл наши славные зарубы?
— Я, Таг, я, — отозвался Натан, пытаясь сохранять приветливое выражение лица. — Да нет, не забыл.
— Знаешь, сколько версий твоего исчезновения я успел услышать? А сколько слухов? — добродушно произнёс Кристоф, но затем понизил голос, причём так, что слышно стало только Натану: — Тебя то ли нужно было считать погибшим, то ли — дезертиром. А ты восстаёшь из мёртвых, в компании ариманца, да какого! Это ведь сын профессора Телива?
— Откуда столько внимания, Таг?
— А как иначе? Почему я не должен переживать за лучшего друга? — Кристоф улыбнулся, причём искренне, задорно. Затем его взгляд потяжелел. — И самого грозного соперника, кстати.
Натан состроил будто бы извиняющееся лицо.
— Ну, как видишь, я отдыхаю… После «восстания из мёртвых». И если не возражаешь, я пошёл.
Однако Натан не смог сделать и шаг: ему в грудь кулаком упёрлась сжимающая зверт рука Кристофа.
— Знаешь, времени прошло уже много, я со всем смирился… — Кристоф уже практически шептал, увеличивая давление на грудь Натана. — Да вот только руки не забыли. Ты же сам прекрасно знаешь эту… ломку. Давай прямо здесь и сейчас, а? Совсем как в старые-добрые! Второй зверт найдём, без проблем.
— А‑ха‑ха!.. Зачем? Чтобы привлечь внимание полиции?
— Боишься чего-то, Майер? Уж не лишней ли проверки документов? Может, мне и самому взглянуть на них? — спросил Кристоф и надавил ещё сильнее.
— Когда это воинам Корпуса дали такое право?.. Даже если это — Рыцарь-дракон!
Натан резко отмахнулся от давящей руки, а его взгляд стал ледяным.
Кристоф отступил на несколько шагов. На его лице проступил счастливый оскал.
— Вот теперь я действительно узнаю тебя, узнаю твой взгляд. Ты же совсем не то, что только что корчил, Натан. Я-то знаю, прекрасно знаю.
Они ещё несколько секунд сверлили друг друга взглядами. Одновременно заметили полицейских, уже посматривающих в их сторону. И выдохнули… Вместе с этим всю напряжённость как рукой сняло.
— Что это было?.. — Натан расслышал женский голос и повернулся ко входу в лавку, где рядом с Бернардом оказались и обе спутницы.
Алисия и Ритерья, видимо, уже некоторое время наблюдали за происходящим.
— Ладно. — Кристоф примирительно улыбнулся. — Рад был увидеть тебя, Майер. Действительно рад. До встречи.
Натан и притихшие ариманцы пошли прочь.
Кристоф поднялся по лестнице. Так и не войдя в лавку, он задумчиво посмотрел в спину тому, кого называл другом и соперником. Кисть Кристофа изменилась: пальцы немного вытянулись, ногти стали острыми когтями, а кожа загрубела и покрылась плотной чешуёй.
Его удивила нечеловеческая сила, с которой Натан оттолкнул руку. Вдобавок в тот момент Кристоф почувствовал покалывания. Вспомнив эти ощущения, он осмотрел зверт, на деревянной поверхности которого появились точки прижогов.
— Интересно… — прошептал Кристоф и ухмыльнулся.
Натан шёл настолько быстро, что даже Бернард едва поспевал за ним. Но никто, включая Ритерью, отчаянно стучащую каблуками, не смел жаловаться. Друзья остановились лишь тогда, когда по набережной прошли целый квартал. Девушки тут же присели на свободную лавку у каменного ограждения и уставились на Натана.
— Вот уж не подумал бы, что ты пересекался с самим Кристофом Тагом, — помедлив, заговорил Бернард. — И сегодняшняя встреча, я так полагаю, не из приятных?
— Кто это? — спросила Ритерья, ощупывая стёртые ноги.