Бернард посмотрел на спутниц и продолжил:
— Лайнхала выбирает обладателя из числа лучших имперских рыцарей, и только из них. Нынешний носитель её мощи — Кристоф Таг, которого вы видели совсем недавно. Силой Каладура распоряжается Отто фон Циммер — Стальной Канцлер собственной персоной. Только о судьбе этих двух драконов известно доподлинно.
«Трёх, — мысленно поправил Натан. — Ишизар здесь, прямо рядом с тобой».
— И все анхальтцы! — Алисия хмыкнула. — На Империи свет клином сошёлся? Или у нашей девушки-Хранителя есть любимчики?
— Не знаю. Может, это ещё как-то связано с опустошёнными землями Империи на северо-востоке Норвайра. — Бернард пожал плечами. — Но ведь и Камни душ она передала не в одночасье, а с разницей в несколько веков.
— Чего‑о?! — ошалело воскликнула Алисия. — Хочешь сказать, она бессмертна?!
— Да тише ты!
Друзья осмотрелись. Как только они убедились, что никого не потревожили ни здесь, ни в зале внизу, продолжили переговариваться.
— То есть ты уже не думаешь, что Хранитель — это миф? — с хитрецой поинтересовался Бернард.
Алисия продолжала пилить друга взглядом, напряжённо покусывая губы.
— Откуда ты всё это знаешь? — наконец спросила она.
— Из записей моего старика. — Бернард добродушно улыбнулся.
Друзья вновь обратили всё внимание на мозаику. По краям изображения виднелись четыре дракона, а в центре — облачённая в робу темноволосая женщина с длинными островатыми ушами, похожими на кошачьи, и изогнутым тонким хвостом за спиной. Она протягивала смотрящему руки, словно что-то передавая.
— Мне и самому интересно, как всё это объяснить, — тихо признался Бернард. — Но сомневаться в реальности Рыцарей-драконов не приходится. Как и в том, что одержимость отца этими знаниями разрушила нашу семью.
Натан вновь пригляделся к изображению Хранителя.
«Не такая, — отметил он, сравнивая этот образ и смутное воспоминание о девчонке из гор Визама. — Но только та точно была Хранителем…»
Натан посмотрел на часы и едва не выругался. Времени до выступления «Просвещённых» оставалось мало, а до ресторана «Поднебесная» предстояло добираться через весь Шансенхайм.
Собираясь сообщить об этом, Натан повернулся к друзьям, но застыл, не отрывая взгляда от Ритерьи. Она совершенно не моргала, смотря на изображение Хранителя даже не со злостью — с неприкрытой ненавистью.
— Вот чёрт! Надо спешить. — Теперь и Бернард заметил, что оставалось мало времени, и поманил всех к выходу.
Больше никто не заметил странного взгляда Ритерьи. А та, как и прежде, вновь стала казаться совершенно обычной.
Ресторан «Поднебесная» находился в культурном районе Шансенхайма, на небольшом острове, образованном каналом и самой рекой Драхальс. Заведение располагалось на последнем, пятнадцатом этаже высотного здания, напоминающего свечу в окружении остальных строений. Главный вход с застеклёнными дверьми был обращён к маленькому скверу, откуда открывался живописный вид на широкую водную артерию города.
Как только друзья выбрались из переполненного автобуса, Ритерья пожаловалась:
— Опоздали! Опоздали на вступительную речь!
Натан взглянул на часы: путь от храма занял намного больше времени, чем все рассчитывали.
— Ну, что поделаешь?.. Не привыкли мы к пробкам, — буркнул Бернард. Он явно разделял негодование Ритерьи, хоть и пытался скрыть это.
Порыв ветра, к вечеру ставшего холодным, тут же заставил всех замолчать.
Бернард поёжился. Взглянув на спутниц, он предложил достать из сумок хоть что-нибудь, что можно накинуть поверх платьев.
Алисия хитро переглянулась с Ритерьей и предложила:
— Давайте просто поспешим?
Бернард лишь пожал плечами, но свою шёлковую безрукавку надел. Затем повернулся к Натану, накинувшему на плечи хлопковую рубашку, которая до этого была повязана на поясе.
— Я предупреждал, что вечером будет совсем не так тепло, как днём, — напомнил Натан и с улыбкой добавил: — А станет ещё прохладнее. Это не Ариман.
— Да помню я, помню.
— Значит, обычно ты уезжал отсюда ещё до вечера?
Бернард смолчал и лишь последовал за спутницами.
Натан усмехнулся, но усмешка эта будто бы принадлежала не знакомому друзьям анхальтцу, а другому — тому, который скрывался под маской приветливости и дружелюбия.
Натан закурил и отвернулся от здания, обращая взгляд вдаль — к месту, где сходились темнеющее небо и широкая река. Выше линии горизонта уже виднелись обе луны Терры: и та, которая была всегда, и та, на которую смотришь будто бы сквозь вуаль.