— Когда она успела?.. — выдохнул Клод и крикнул: — Карина! Ты куда направилась?!
Она никак не отреагировала.
Ругаясь сквозь зубы, Клод последовал за беглянкой. Ступив на песчаную дорожку, он увидел, как Карина в конце аллеи свернула на тротуар, и её заслонил декоративный кипарис. Тут же что-то сверкнуло. Подумав, что это какой-то горе-поклонник всё-таки узнал пианистку и попытался сфотографировать, Клод побежал. Однако, обогнув кипарис и выйдя из аллеи, он никого не увидел, даже Карину.
— Что за чёрт?..
Озираясь, Клод закрутился на месте, но улица действительно была пуста. Со злостью плюнув на землю, он вернулся в аллею и осветил фонариком дорожку. Босоножки Карины отчётливо отпечатались на песке, но последний её след выглядел так, словно обувь на половине стопы исчезла. А дальше тянулась цепочка отметин от крупных кошачьих лап, обрывавшаяся на асфальте.
— Да какого хрена? — выдохнул Клод.
От мыслей о необъяснимом исчезновении Карины его отвлёк громкий хлопок, донёсшийся со стороны залива.
«Орудийный выстрел?..» — тут же узнал звук Клод.
За первым хлопком раздалось ещё два, и уже после — свист прилетающих снарядов и грохот взрывов. Над парком Монъепьера, где находилась летняя резиденция герольда, в которой должны были гостить высокопоставленные лица из Империи, прорезая вспышками ночь, взвились столбы дыма и пыли…
— Давайте ещё погуляем? — упавшим голосом попросила Алисия, смотря вслед автомобилю Клода.
Натан, встретив взгляд Бернарда, шутку которого она только что проигнорировала, словно и не услышала вовсе, приподнял бровь и едва заметно пожал плечами.
— Так и что? — Алисия повернулась к друзьям.
— Что скажешь, сосед? — спросил Бернард. — Вспомним юность?
— Ага… Юность, которая у меня была совсем другой? — усомнился Натан, за что тут же удостоился укоризненного взгляда друга, и поморщился. — В смысле‑э… Почему бы и нет?
Украдкой наблюдая за Натаном, Алисия улыбнулась и направилась к улице, ведущей в сторону центрального парка.
— Ну ты, Нэйт!.. — скорчив гримасу, прошептал Бернард и поспешил за Алисией.
Друзья прошли пару кварталов, встретив лишь небольшие группы жителей, прежде чем оказались перед потонувшим в ночном мраке парком и начали пробираться едва освещёнными дорожками. Слева и справа раздавался крик сов. Вокруг плафонов редких фонарей порхали мотыльки. Над головами совершенно бесшумно пронеслась летучая мышь…
Тихая и тёплая безмятежная ночь Ариманского полуострова.
Натан, из-за встречи с Клодом отвлёкшийся от своих мыслей, вновь начал теряться в них.
«Надо бы расспросить Оливье об этой Ритерье, — рассуждал Натан. — Он-то наверняка о ней знает. Не верю, что девица — просто какой-то мираж!»
Алисия, идущая впереди, остановилась на перепутье дорожек. Казалось, она не могла выбрать, по которой пойти.
«Эта дорожка ведёт к фонтану, где они с Бернардом искали меня в прошлый раз, перед отъездом, — проследив за взглядом подруги, отметил Натан. — Но тогда их опередила Карина».
Качнув головой каким-то своим мыслям, Алисия украдкой взглянула на Натана и выбрала другую дорожку.
Вскоре друзья вышли к мощёной смотровой площадке, рядом с которой пролегала узкая асфальтовая дорога. За чугунным ограждением находился обширный пруд с плавающими водяными лилиями. Естественно, ни чёрных лебедей, ни пёстрых уток уже не было видно.
— Ну коне‑эчно! — разочарованно протянула Алисия.
— А ты чего-то другого ожидала? — удивился Бернард.
Алисия грустно улыбнулась и облокотилась на ограждение. Её губы практически беззвучно шевельнулись:
— Простите…
Натан и Бернард переглянулись и молча обступили Алисию. Им оставалось лишь догадываться, почему подруга была такой поникшей.
— Кто что думает? — помедлив, спросила Алисия. — Я о Карине.
Бернард хмыкнул.
— У каждого есть право на личную жизнь, — произнёс он.
— И тебе не кажется всё это… насмешкой?
— Как бы так сказать?.. Как «сынок профессора Телива» я прекрасно понимаю, почему она молчала. И совсем не удивлюсь, если окажусь прав. — Бернард ухмыльнулся, но совершенно не весело. — А ты?
— Да я… Я не… — Алисия опустила голову и закусила губу. — Думаю, понимаю. Просто как-то оно всё…
Друзья устремили взгляд на возвышающуюся над верхушками деревьев крышу летней резиденции Томаша Везрана, которая была расположена в сердце парка. Земли за прудом, окружённые двумя рядами высоких стен со сторожевыми вышками, уже принадлежали только герольду. Именно туда вела дорога, пролегающая рядом с площадкой.