Выводя остальных из ступора, Натан произнёс:
— Уходим. А то дождёмся гостей «на огонёк».
На его лице на мгновение проступила тень ухмылки.
Заметив это, Алисия покосилась на дымящееся тело на выжженной земле. Но тут же, зеленея лицом и хватаясь за живот, отвернулась.
Клод поманил всех к машине, и Бернард с Алисией последовали за ним.
Калифа оставалась на месте. Она не отрывала взгляда от задранного урилийца: тот пока ещё был жив, давился кровью и хрипел.
«Бросилась чтобы убить, без колебаний, — отметил Натан. — Но сейчас в растерянности… Она впервые убивает человека?»
Натан подобрал пистолет подстреленного Бернардом бойца и, не церемонясь, добил. Громкий хлопок вырвал Калифу из задумчивости. Её рысьи уши дёрнулись, глаза тут же обратили на Натана взгляд.
Подойдя к Калифе, Натан добил и того урилийца, на которого она набросилась. Затем, призывая идти, молча кивнул в сторону машины, рядом с которой застыли опешившие друзья. На Бернарда и Алисию, поторапливая, тут же рыкнул Клод.
Калифа неожиданно сделала шаг к Натану и принюхалась.
— Запах скверны… — прошептала она. — Где-то рядом червоточина? Ты заглянул за Вуаль?
— Ты‑ы… про Мир Извне?
— Так тот мир называют имперцы. — Калифа кивнула. — Только Ишизар защищает тебя от его скверны, помни об этом. Иначе…
Калифа многозначительно замолчала, сверля Натана взглядом. Убедившись, что он понял, облегчённо выдохнула.
— Остальным не нужно знать, что тот мир более чем реален, — тихо сообщила она и поспешила к машине.
«Ну да, — подумал Натан, — хватит с них потрясений…»
— Майер! — рявкнул Клод. — Тебе на хрен отдельное приглашение нужно?! Чего ты там телишься?!
Натан вышел на улицу. Клод к тому моменту сменил свой автомобиль на урилийский, решив, что издали те могут принять за своих.
— Майер, давай назад, к девчонкам, — скомандовал Клод, повязывая на руку ленту, которую забрал у Алисии. — Там окна меньше, не будешь отсвечивать. Бернард, а ты держи на коленях автомат и будь готов стрелять!
Натану пришлось потеснить подруг. А когда залезал к ним, простреленная рука напомнила о себе, что тут же заставило болезненно поморщиться. Это не скрылось от Клода, но он лишь выругался сквозь зубы, сожалея о потере стрелка.
Алисия прижалась к одной двери, Натан — к другой, а Калифа оказалась посередине и явно в неудобном положении. Она глубоко вздохнула и закрыла глаза. Натан тут же ощутил, как незримый поток эфира, текущий из недр планеты к Калифе, начал иссякать, медленно, но верно. При этом их подруга становилась прежней. За несколько секунд рысьи уши плавно исчезли, волосы стали русыми, а глаза — человеческими, серо-карими… Теперь это снова была Карина, которую все знали. К тому же и сидеть ей стало удобнее, когда перестал мешаться стеснённый юбкой хвост.
Изменение, «пересыхание» потока эфира произошло совсем не так, как когда Калифа воззвала к своим способностям. Ощущения в тот момент Натан сравнил бы с пробитием дамбы, из которой с ударом хлынула вода.
«Вот она действительно девиант, — подумал он, заметив, что Алисия пристально наблюдает за Калифой, вновь собравшей волосы в пучок и надевшей очки. — Ты ведь наверняка ощутила это намного острее меня, Алисия».
Автомобиль устремился к вокзалу Монъепьера, оставляя позади дом семейства Телива.
Каждый из беглецов признавал: все вопросы подождут, сперва необходимо спастись.
Глава 10. Сквозь тьму
На базу военно-воздушных сил Аримана вторглись урилийцы, переодетые в форму ариманских солдат и военных полицейских. Через ворота их осознанно пропустили, а всех несогласных, попытавшихся задавать вопросы, закололи штык-ножами.
Вслед за солдатами из грузовиков спрыгнули урилийские лётчики — одни из лучших, способных не только управиться с самолётами в воздухе, но и сладить с их капризами на земле. Лётчики должны были проверить состояние ариманских бипланов, остававшихся на полуострове ещё с тех дней, когда он входил в состав Республики. Или до «напрасного бунта», как это называли сами урилийцы.
Другое отделение в это время занимало РЛС и отключало радар кругового обзора. Урилийцы опасались, что он с лёгкостью обнаружит звенья республиканских истребителей-штурмовиков — намного более современных самолётов, монопланов, с куда более мощными поршневыми двигателями… Самолётов, построенных из стали, в отличие от реечных, обтянутых прорезиненной тканью бипланов.
Урилийцы называли бипланы чуть ли не бумажными. Но именно эти аппараты должны были закрыть небо над полуостровом до прибытия штурмовиков.