К этому моменту в купе друзей бодрствовали все, кроме Калифы: она продолжала спать на верхней откидной полке, куда перебралась ещё ночью.
Бернард допивал стакан растворённого в воде аспирина, когда услышал скрежет, и тут же прильнул к окну.
— Они закрывают врата?.. — удивлённо прошептал он.
— Что? К‑как?! — тут же воскликнула Алисия и потеснила Бернарда.
В ответ на их метнувшиеся взгляды Натан и Клод, сидящие друг напротив друга, лишь пожали плечами, почти синхронно.
— Имперцы готовятся к нападению, — пояснила Фелиция, занимающая место рядом с командиром. — К тому же они наверняка уже знают о гибели кронпринца и Стального Канцлера. Теперь форт будет закрыт для Аримана.
— Я бы удивился, если б это было не так, — мрачно добавил Клод.
Он поднялся и вышел из купе, намереваясь перекурить в тамбуре. Но, закрывая дверь, бросил взгляд на спящую Калифу.
«Он хочет поговорить о Хранителе? — понял Натан. — Круг замкнулся, значит? Оливье настороже рядом с ней, как когда-то и я? А ведь подумать только, как тогда изгалялся!..»
Экспресс продолжал идти со скоростью значительно меньше той, на которую способен. Казалось даже, что обычные имперские поезда к станциям подъезжают быстрее.
«Уже час едва тащимся, — отметил Натан. — И дело наверняка не в повреждениях поезда: имперцы готовятся к нашему прибытию».
Калифа наконец зашевелилась. Она медленно села, осмотрелась и, придерживая подол длинной юбки, аккуратно спустилась с полки. Тут же заняла освобождённое Клодом место — напротив Натана.
— Я много пропустила?.. — прозвучал хрипловатый сонный голос Калифы.
«Отчего-то я не верю, что она только что проснулась, — подумал Натан, пока Фелиция рассказывала ей о выезде из тоннеля. — Наверняка присматривается к нашим реакциям после всего случившегося».
Поезд медленно подбирался к железнодорожной платформе у форта, на которой даже из окон было заметно куда больше солдат, чем накануне, в день поездки на Фестиваль. На насыпных валах по обе стороны путей стояли броневики и несколько грузовиков, над ними возвышался шагающий танк.
Бернард шумно выдохнул и сжал кулаки. Алисия, разглядев на платформе големов-ищеек, рефлекторно прикоснулась к шее, где раньше висело ожерелье с сильным камнем эфира. Фелиция и Калифа напряжённо прислушивались к голосам военных и остальных беженцев. Внешне спокойными оставались только Натан и вернувшийся Клод.
— Кали… рина, — заговорил Натан и искоса взглянул на Фелицию, которая могла ещё не знать о личности мифического Хранителя. — Покажи револьвер.
Калифа удивлённо изогнула бровь, но всё же приподняла подол юбки.
Натан наклонился к ногам подруги и извлёк из кобуры, закреплённой чуть выше её щиколотки, маленький револьвер. Надломив его, высыпал на ладонь патроны и тут же с удивлением ощутил покалывания, словно от лёгкого воздействия эфира.
«Значит, вот какие штуки у тебя были с собой, Оливье? Зачарованные пули?» — понял Натан.
— Держи их отдельно, в разных местах, — сказал он, отдавая Калифе оружие и патроны, и тут же поймал вопросительные взгляды друзей. — Что? Думаете, в чужой стране известная музыкантша не могла держать для самообороны оружие?
— А, да нет… — замялся Бернард, а Алисия потупила взор.
Вместо них заговорил Клод:
— Ты либо слишком рассудителен, Майер… либо захотел ощупать кое-чьи ножки. — И усмехнулся в ответ на испепеляющий взгляд Натана.
Не проронив ни слова, Калифа убрала револьвер в кобуру и спрятала под подолом юбки, а патроны сунула в карман рубашки. Но затем с лёгким прищуром скользнула взглядом по Натану.
Вскоре поезд остановился, и пассажиров начали группами выводить на платформу. На этот раз не было никакого учтивого офицера группы контроля — просто в купе вошли солдаты и скомандовали: «На выход!» Беженцев повели к концу платформы, оттуда — по узкой лестнице на вершину вала.
Проходя вдоль поезда, Бернард и Алисия с содроганием посматривали на изрешечённые и раскуроченные попаданиями из авиационного пулемёта стены вагонов. На стёклах разбитых окон кое-где виднелись брызги крови. Когда группа поднялась по лестнице, Натан обернулся и увидел, что из поезда выносят наспех накрытые тела погибших, причём и военных, и гражданских.
«Значит, грузовики для трупов», — понял он.
Проследив за взглядом Натана, Алисия ойкнула, её лицо вмиг позеленело. Бернард тут же заслонил от подруги солдат с носилками, бережно приобнял и прошептал:
— Не смотри.
— Совсем как нежная плаксивая дурочка, да? — тяжело выдохнула Алисия. — А ведь и насмотрелась уже за ночь, и с‑сама-то в уголёк человека превратила!..