— Бар «У Германа», — наконец-то ответил мужской голос. — Слушаю.
— Добрый день! Мне этот номер оставила Алексия, сказала, что будет у вас в баре, — заговорил Натан, стараясь придать голосу учтивости. — Она оставила у нас машину, с полуэфирным мотором. «Фойрвагн».
— Добрый… А вы кто?
— А. Прошу прощения. Я автомеханик.
Бармен — Натан был уверен, что разговаривал именно с ним, — задумался, перекинулся с кем-то парой фраз и после сообщил:
— Есть такая — Алексия. Но она уже с компанией. Просила не беспокоить, так что…
— Постойте! — перебил Натан. — Понимаете, она просила срочно позвонить, когда автомобиль будет готов. Вот прям настаивала: срочно!
— Хорошо-хорошо!.. — сдался бармен. — «Фойрвагн»? Сейчас передам.
Вскоре из телефонной трубки прозвучал женский голос:
— Слушаю.
— Как-то вы не торопитесь забирать свою машинку, госпожа Алексия. Или всё дело в компании? Надоедают?
Узнав голос Натана, Фелиция шумно выдохнула.
— Нет-нет, всё хорошо… — ответила она. — Значит, машина готова?.. Сможете подогнать к отелю? Кстати, к какому будет удобно?
Усмехнувшись от нелогичности просьбы, Натан сообщил:
— «Гранд-отель Шансенхайм».
— Ого! Вот так занесло!.. Это ж какие звёздочки должны были сойтись?
— Не поверите: все. А вас ждать с компанией? Она не сомнительная?
— Вы просто не представляете насколько!.. Включая одного очень хорошего знакомого. Он только-только пришёл… Но нет, тут всё хорошо.
«Значит, Оливье с ней. Агентам всё же удалось встретиться», — понял Натан и спросил:
— Может, мне заехать?
— Нет-нет, мы скоро уходим. Прогуляемся по городу, — ответила Фелиция и завуалировано назвала адрес на набережной одного из каналов, где им двоим предстоит обменяться информацией.
— Когда нужно доставить автомобиль? — уточнил Натан.
— Только не с четырёх до полпятого. У меня встреча с одним нахальным анхальтцем. Знаете, с одним из таких, которые уверены, что если женщина говорит «нет», то это означает «да». — Фелиция усмехнулась. — А как встретимся с вами, думаю, мне будет очень интересно узнать новости о машине.
Фелиция повесила трубку.
Ухмыляясь, Натан вышел из телефонной будки и прошептал:
— Дурацкие ребусы!..
«Интересно: она не назвала точного времени, — подумал он. — Значит, сможет откуда-то наблюдать за местом встречи. У секретной службы где-то на той набережной конспиративная квартира? Не помню, чтобы там были какие-то рестораны или кафе, пригодные для встречи…»
Натан зашагал в сторону автобусной остановки.
«Не слишком ли они осторожничают? Или есть основания полагать, что за ариманцами — а особенно за агентами службы, если их всё-таки знают, — кто-то наблюдает? И если да, то кто?..»
Натан встряхнул головой.
«Сейчас без толку думать об этом: лишь гадаю на кофейной гуще! Нужно идти, — разозлился он на себя. Поймав подозрительный взгляд прохожего, решил: — Всё-таки нужно что-то сделать с одеждой».
Однако, не пройдя до остановки и половины пути, Натан вновь остановился. На него внезапно накатила слабость, руки мелко задрожали, дыхание участилось, а к горлу будто бы подступил ком. Дневной свет стал казаться слишком ярким и начал резать по глазам. Голова заболела, в ушах как будто зазвучал непонятный свист… Натан прищурился. В тот же момент он заметил у проходящего мимо человека чёрный дымчатый шлейф, словно тянущийся от его же деформированной, извращённой тени.
— Какого дэймона?..
Натан зажмурился, затем вновь уставился на прохожего, но видение исчезло. Отступило и похожее на отравление ощущение. Но осталось навязчивое чувство чего-то неправильного, гнетущего, будто бы находящегося в самом воздухе.
Натан помассировал виски, тихо выругался и закурил. Украдкой озираясь, он продолжил путь, намереваясь после возвращения поговорить с Калифой как с Хранителем, даже если рядом будут остальные.
Накапливалось всё больше вопросов, ответить на которые могла только она.
Глава 13. Средоточие ненависти
Дождавшись окончания работ по добавлению мебели в номер-люкс, Бернард спустился в фойе отеля. Он надеялся отыскать отца и поэтому начал звонить по всем указанным в записной книжке Густава телефонам. Там их было более двух десятков, причём в основном — имперских. Ариманские номера или вычеркнутые урилийские попадались изредка.
Спустя час безуспешных поисков, Бернард в сердцах хлопнул телефонной трубкой по металлическим рожкам и процедил: