представителями самого низкого звена в пищевой цепочке.
Еще с полгода я носил в душе тяжесть от происшедшего, а в кармане – визитки члена
правления банка, как некий сакральный символ моей некогда принадлежности к высшим
кругам. И было абсолютно нелепо при знакомстве протягивать визитку, в которой ручкой
приходилось перечеркивать все, кроме имени и фамилии.
Чуть позже, обретя новый статус в новом банке, я стал коллекционировать чужие визитки,
символизирующие мои достижения в плане обретения социальных связей.
В конце 2006 года, устав от бесконечной погони за капиталистическим счастьем, я написал
заявление по собственному желанию, которое было незамедлительно удовлетворено.
Я сидел в уже бывшем своем кабинете. Вещи были собраны в одну большую коробку. Из
загашника вытащил початую бутылку виски, налил в стакан на два пальца и собирался уже с
аппетитом хлопнуть в память о былом, как вдруг на рабочем столе зазвонил телефон. Мне стало
любопытно, и я снял трубку.
Успел только произнести «алло!» – и тут же на меня обрушился словесный поток. Длился этот
монолог минут пятнадцать. За это время я узнал много нового о себе, о том, что я великий
банкир, что умен не по годам, что тонко чувствую потребности реального сектора экономики, и
все прочее в том же духе. Я понимал, к чему это все в конечном счете сведется, но прервать
человека никак не получалось, пока он не остановился на секунду за очередным глотком
воздуха. Я только успел вставить в возникшую паузу, что больше не работаю в «Альянс Банке».
Реакция на том конце провода была молниеносной.
– Твою мать! – произнес неведомый собеседник и бросил трубку.
Я громко рассмеялся, залпом опрокинул стакан и пошел в жизнь, в очередной раз
расставшись с псевдовластью, псевдоуважением и псевдодрузьями.
Тогда еще не знал, что впереди будут новые взлеты и новые падения. И что процесс
взросления не закончен, а только начинается.
* * *
К списку вопросов, которые я считаю бестактным обсуждать публично, к таким привычным,
как религия, национальность и правДоохранительная система РК, добавилось ЭКСПО–2017.
29.11.12
Представил себе на минутку, что 1 января все мои желания осуществились и остались только
мечты о вечной жизни и Пулитцеровской премии, то есть несбыточные. И стало грустно.
Процесс конвертации желаний в реальность не менее, а возможно более, важен самих
желаний.
Всех с наступающим Новым годом!
А то вдруг конец света, и ФБ не будет работать, и поздравить не успею.
01.12.12
Когда «кодекс чести» – просто красивое словосочетание, а «Гражданский кодекс» не работает,
в силу отсутствия полноценного гражданского общества, на авансцену выходит «Уголовный
кодекс». Нужны ведь хоть какие-то правила то ли игры, то ли жизни.
Навеяно всем, кроме сказочной погоды.
05.12.12
О п р ироде городского снобизма
Иногда находится кто-нибудь, кто в ответ на наши жалобы на неказистую жизнь городских
жителей начинает обвинять нас в снобизме, гордыне и прочих грехах.
Вот им мой ответ:
Да, мы хотим парки – чтобы гулять.
Тротуары – чтобы ходить пешком.
Чистый воздух – чтобы без аллергии.
Транспортные развязки – с учетом прогнозируемого роста количества автомобилей, а не по
факту.
Детские сады, школы, поликлиники, концерты мировых звезд, хорошие концертные площадки,
спортивные сооружения.
Хотим – чтобы художники летом на «арбате».
Чтобы дети – зимой в снежки.
Чтобы в горах не убивали, а в городе не грабили.
Чтобы полиция охраняла нас до, а не после преступления.
Чтобы на велосипеде – не только раз в месяц вслед за акимом по Аль-Фараби.
Чтобы метро – как в Лондоне, а не как в комиксах.
Чтобы МЧС расшифровывалось не как «может, что случилось?».
Чтобы здания могли выдержать землетрясение баллов эдак в девять.
Чтобы с нами хотя бы иногда объяснялись, если нет всего этого.
Мы просто жить хотим как люди и чтобы с нами обращались как с людьми.
И только из-за этого мы снобы?!
10.12.12
Навеяно услышанной песенкой.
Однажды мне в руки совершенно случайно попали деньги. Много. Очень много. И, не имея