Рецепт простой: твори добро – и тогда даже проплаченные тролли (или что там придет им на
замену) не смогут станцевать на твоих костях в социальных сетях.
28.03.13
Пару лет назад с товарищем посидели, пообедали, поболтали. Вышли. Сели в его
внедорожник. Он – за руль. Я рядом примостился.
Остановились на светофоре.
Дорогу перед нами переходит влюбленная парочка. Молодые. Точнее, совсем юные.
Счастливые. Обнимаются. На ходу целуются. Заливисто смеются.
– Эх! Как я им завидую, как бы я хотел сейчас оказаться на их месте. Молодость. Все еще
впереди. Вся жизнь! – искренне вырвалось у моего друга.
– «Эх, как я им завидую, у них уже все есть. Жизнь удалась», – так, наверное, подумал молодой
человек, целуя свою девушку и глядя на твой дорогой джип, – урезонил я друга.
Так что, всему свое время.
И поцелуям, и семье, и бизнесу.
29.03.13
О п р иметах
Все мы знаем, что если дорогу перебежала черная кошка, то это не к добру.
В 1989 году опаздывал на вступительный экзамен. За несколько метров до входа пресловутая
черная кошка перешла мне дорогу. Времени обходить не было. Пришлось идти прямо, невзирая
на знаки и приметы. Получил отметку «отлично». А может, это был кот, а не кошка, и у него было
белое пятно где-то на животе?
А вот еще. Многие боятся числа тринадцать. Я не был исключением до поры до времени.
Однако у «Альянс Банка» в лицензии была цифра 13, свидетельство о регистрации выдали 13 -го
числа, и еще был какой-то важный документ, содержащий 13-й порядковый номер.
Несмотря на это до 2008 года у банка все было хорошо.
А потом… хотя «а потом» еще не наступило.
Так что, может быть, все это пустые суеверия.)))
31.03.13
Бабушкин дом,
или Не пытайтесь спасти то, что спасти невозможно
Возможно, поздние 90-е и были лихими, однако для меня ранние 90-е больше ассоциируются
с голодными годами.
Разваливалось на глазах все, включая целое государство.
Не избежали своей участи и колхозы с совхозами. В поисках работы и лучшей доли люди
перебирались в города.
Наша семья тоже приняла твердое решение – забрать бабушку в город, несмотря на ее
сопротивление. В деревне остался дом и участок земли. Вопреки тому, что независимый
Казахстан начал переход к капитализму и по теории земля являлась бесценным активом, дом
никто покупать не хотел. Покупательский спрос был близок к нулю, это я потом понял.
Все, что могло поместиться в городскую квартиру, забрали с собой, остальное
законсервировали до лучших времен.
Раз в месяц заезжали, чтобы убедиться, что все в порядке, и каждый раз убеждались в
обратном. Дом стремительно дряхлел, из него уходила жизнь. Все приходило в запустенье, хотя
мы и старались поддерживать порядок. Но время и воровство делали свое дело.
Как-то раз я сидел во дворе, смотрел на то, что происходит вокруг, и от осознания
собственного бессилия впадал в депрессию.
Я понимал, что точка невозврата пройдена и мир больше не будет прежним, но сердце этого
не принимало. Ведь рушился привычный для меня жизненный уклад, олицетворением которого и
был бабушкин дом.
В какой-то момент я решил для себя оцифровать то, что вижу, и посчитать примерные
издержки. Получив искомую цифру, я ее зафиксировал – и практически сразу успокоился.
Видимо, именно в тот момент, чтобы защитить психику, мозг подсказал решение: не пытайся
больше спасти то, что спасти невозможно, не переживай, не суетись и двигайся дальше,
заработай в другом месте.
Больше я никак не отвлекался на старый дом, а двинулся вперед, к капиталистическому
счастью.
А дом вернулся ко мне лишь однажды, во сне, прямо накануне ареста.
Но это уже совсем другая история.
04.04.13
Я не меломан, нисколько. К сожалению. Однако даже я заметил, что рок-музыка все же
умирает. Ее стало совсем мало. И в эфире. И в поведении людей. И воздух вокруг больше не
пропитан ею. Я грущу и сожалею. Меланхолично.
05.04.13
Пр о слияния и поглощения,
или Когда банковской амбиции не хватает амуниции
За завтраком я рассказывал членам семьи разные истории, связанные с банками.