ГЛАВА 8
Ассель:
Просыпаюсь с ощущением как будто очень хорошо выспалась. Чтобы с моим супер хрупким сном так выспаться, мне нужно создать идеальные условия. Идеальную темноту, тишину, жесткий матрац, проветренное помещение. Из всего этого в моей общаге мне недоступно ничего.
Фонари всю ночь светят в наши окна и никакие шторы не спасают. Маска на глаза давит. Матрац какой уж выдали. Всю ночь у соседей какая–то возня. Все время кто–то носится по коридорам. И даже комнату ночью проветрить мне не удается, потому что соседки мерзнут.
И примерно так было всю мою жизнь. С того момента, как я осталась без родителей.
Мне всегда было дискомфортно. Начиная с интерната, который, слава богу, был в моей жизни всего две недели, пока бабушка собирала документы.
Она у меня топ, мой герой, спаситель. Жили мы, как получалось. И я всегда ужималась во всех расходах, никогда не позволяла себе каких–то дорогих вещей. Все всегда по минимуму.
И даже сейчас вся моя повышенная стипендия уходит на базовые потребности, и подстраховать бабушку. Иногда ее пенсии не хватает на лекарства, а у нее есть только я.
Все мои подработки в рамках универа. Я провожу соцопросы, с недавнего времени веду вечерние психологические курсы. Это моя отдушина и дополнительный доход.
На юр фак я поступила, потому что настояла бабушка. И я очень стараюсь, знаю все, что мне нужно, сдаю на отлично все экзамены. Только вот душа лежит совсем к другому.
В общем, я мечтаю скорее закончить универ, взять в ипотеку однушку, чтобы спокойно пожить одной. Так, как хочется мне. Поступить на псих фак и продолжать вести свои курсы, которые уже сейчас приносят хорошие деньги. А если этому делу уделять больше внимания, это вполне может стать стабильным доходом.
Алена Соколова – это моя противоположность. Она всегда жила на широкую ногу, всегда купалась во внимании щедрых мужчин, выглядела как с обложки. Как нас можно было перепутать?
На меня, конечно, тоже заглядываются и предлагают встречаться, но в основном это мальчишки с универа. А я, наверно, не готова к отношениям или это и вовсе не мое. Отшиваю всех. Одной мне лучше.
Потягиваюсь с удовольствием, вытираю слюну с щеки, настолько крепко меня вырубило. Где я? Подо мной хрустит свежее белоснежное белье. Штора чуть приоткрыта. В каком–то очень дорогом номере.
Убираю с себя тяжелое одеяло. На мне короткая белая атласная сорочка. Очень приятная телу. Стоп. Почему я в ней и где вся моя одежда?
Подхожу к зеркалу. На бедре маленькие синяки как от пальцев. Черт. Трогаю себя. Ничего не изменилось?
Тяжелая грудь ноет, как будто ее мяли всю ночь. Наверно, это перелет так сказывается. Даже не верится, что он случился в моей жизни. Я планировала жить свою тихую мирную жизнь в своем маленьком городке. И никуда не выезжать, и чтобы никто меня не трогал. Но у жизни на меня были другие планы.
Вздыхаю. Что дальше будет?
Подхожу к окну и замираю от красоты. За окном тропический пейзаж: высокие, стройные пальмы с пушистыми кронами. Я только в фильмах такое видела. Где–то вдалеке раскинулся бескрайний океан, его волны мягко накатываются на берег, оставляя за собой пенистую белую пелену.
На горизонте линия воды сливается с небом, создавая ощущение бесконечности.
Боже. Как вообще возможна такая красота? Ее так много, что можно захлебнуться.
– Нравится?
– Очень.
Грубые, немного шершавые руки касаются моего плеча.
– Эй. – Отпрыгиваю в сторону. – Какого черта?
Меня накрывает возмущением. Сердце колотится от страха. А он смеется.
– Что смешного? Разве можно так врываться без стука и пугать? – Скрещиваю руки на груди, чтобы прикрыться.
– Мне да.
Ах, да. Я уже и забыла, с кем имею дело.
– Где моя одежда? – Протестую, пусть даже не думает, что он победил. Я до последнего буду бороться за свою свободу.
– Я все выкинул.
– Что?
– То.
– А кто ее с меня снял? – Вдруг доходит, что кто–то же меня переодел.