Лейси пожала плечиками.
— И знаю, и нет. То есть, вроде знаю, но не пойму. Я слышала, они говорили про чечевицу. «Это чечевица, — говорили они. — Мы уходим далеко, и это называется чечевица».
Алли, Ник и Майки ушли, чтобы попытаться разгадать загадку. Кларенс остался развлекать Лейси, которая, как ни странно, не боялась его жуткой наружности. Девочка засыпала его вопросами, касавшимися обеих сторон его лица, как-то: нужны ли Кларенсу очки и где можно найти очки, которые перешли только наполовину?
Алли, Ник и Майки зашли в хранилище и уселись там. Это весьма походило на совещание в верхах, на которое сошлись три сомнительные сверхсилы: один скинджекер, один бывший огр и один монстр на четверть ставки.
— То, что я сейчас скажу, вам не понравится, — начала Алли. — Но вы должны это узнать. А потом мы решим, как нам действовать.
Майки взял девушку за руку и улыбнулся, но Ник сидел, мрачно уставившись в пол.
— Ко мне возвращается всё больше и больше воспоминаний о Мэри, — проговорил он. — Мне, наверно, было бы лучше, если бы я так и оставался болван болваном.
Алли не знала, как много помнит Ник о том злополучном дне, когда был взорван мост; Майки же, скорее всего, и вовсе ничего не знает. Поэтому она рассказала друзьям о том, как помогла выпихнуть Мэри из Междумира, вытащив ту за волосы в мир живых.
— Когда Мэри стала живым человеком, у неё появилось тело, настоящее, из плоти и крови... по крайней мере до того момента, когда Милос убил её. Так вот, пока она ещё был живой, я скинджекила её. Я проникла в её самые потаённые мысли. Я узнала всё, во что она верила, всё, на что она надеялась и всё, что она намеревалась сделать. — Алли помедлила, не желая произносить следующую фразу, но зная, что без этого не обойтись. — Мэри верит, что была послана на землю, чтобы положить конец существованию живого мира.
Ник и Майки уставились на неё во все глаза.
— Что значит — конец? — выговорил Майки.
— То и значит — конец. Полное и тотальное разрушение. Она хочет убить всё и всех. Она хочет стереть с лица земли все строения, сжечь все леса, уничтожить всю жизнь в океанах. Она хочет превратить Землю в мёртвую планету.
Ник посмотрел на Алли почти такими же умоляющими глазами, что и Лейси.
— Но... почему она этого хочет?
— Потому что для неё единственная вселенная, имеющая значение — это Междумир.
Майки кивнул, наконец уразумев вывихнутую логику своей сестры.
— А как только с миром живых будет покончено... всё самое любимое и ценное перейдёт...
— Вот именно, — подхватила Алли. — Вообразите себе мир, состоящий лишь из памяти того, чего уже нет. Вот такого будущего хочет Мэри. Она хочет, чтобы вообще не существовало никакого будущего.
Некоторое время все молчали. Алли подумалось, что они могли бы закрыть дверь хранилища и бросить весь остальной мир на произвол судьбы. Но ведь такой поступок будет не лучше того, что задумывает Мэри. Вот, значит, при каких обстоятельствах их снова свела судьба. Всё так изменилось с момента, когда они в последний раз встречались все втроём. Алли думала тогда, что она мертва, Майки был монстром на полную ставку и намеревался стать владыкой мира, а Ник был всего лишь мальчиком-послесветом с пятнышком шоколада на лице. И хотя Междумир — это место, где всё пребывает в вечной неизменности, для них троих изменилось очень многое.
Первым заговорил Майки.
— Она ничего не сможет сделать без скинджекеров.
— Точно, не сможет.
Сама будучи скинджекером, Алли сознавала это лучше кого-либо другого. Она знала, как легко изменить течение жизни в живом мире, стоит только скинджекить нужного человека в нужное время. А возможностей покончить с миром, если тебе под силу вселиться в кого угодно и забрать власть над его телом, и не перечесть. Но без скинджекеров Мэри совершенно беспомощна в отношении всего живого.
— Значит, не её мы должны остановить, — пришёл к выводу Майки. — Мы должны покончить с её скинджекерами прежде, чем они смогут уничтожить мир. Нам нужно загасить их всех.
— Нет! — Все трое вздрогнули и обернулись. На пороге хранилища стоял Кларенс. — Нет! Я не стану этого делать! И вы меня не заставите!
Майки поднялся.
— А что если это единственный способ спасти мир?
— Тогда пусть мир катится к чертям! — Кларенс обвиняюще наставил на Майки палец. — Это же не ты стёр кого-то с лица вселенной! Не ты почувствовал, как умерла его душа! Да лучше пусть все уйдут по туннелю навстречу высшему судии, чем я ещё раз увижу, как кто-то становится ничем!
Пылающий взгляд Майки уставился в холодный междумирный глаз Кларенса, но потом юноша остыл, сжался, и с побитым видом вновь опустился на пол; ему, кажется, даже стало стыдно. Как бы там ни было, а это именно он, Майки, решил использовать Кларенса в качестве оружия. Это его, Майки, вина, что оружие дало осечку.