– К-кто ты?.. – выдохнула Ноэ еле слышно, прислонившись к теплым камням, ноги совершенно не держали, и, ах, как хотелось опуститься в глубокое мягкое кресло перед камином! Но повернуться спиной к хозяину странного места – а в том, что это именно он, Ноэла не сомневалась – мешал страх.
Дайлис сделал еще один шаг, усмиряя настойчивое желание приблизиться и дотронуться, убедиться, что это не выверт его воображения или спящего сознания.
– Я здесь живу, – уклонился он от прямого ответа. Она могла испугаться и больше не прийти сюда.
Странно, но эта неожиданно выжившая целительница вызывала у него очень необычные и несвойственные ему чувства. «Приятель, похоже, ты к ней привязался, м-м?» – мелькнула у Дайлиса ехидная мысль. Пальцы просто зачесались провести по нежному овалу лица, ощутить бархатистость кожи. Ноэ слегка покраснела, по-прежнему глядя на Бога Смерти испуганными глазами. Дайлис снова улыбнулся, выйдя на середину комнаты.
– Не бойся, маленькая, – тихо сказал он, протянув девушке ладонь. – Я не сделаю тебе ничего плохого.
«Уже не сделаю», – поправился мужчина. Она снова сглотнула, но все-таки сделала шаг. Дайлис терпеливо ждал. Еще один шажок. Между ними оставалось расстояние всего в два фута. Ноэ остановилась, ее словно сковал холод, она не могла пошевелиться. Казалось, если сейчас сделает оставшиеся шаги, то… что-то в жизни изменится навсегда. Губы девушки искривились в невеселой улыбке. Жизнь давно уже изменилась, и далеко не в лучшую сторону. С появлением этого мужчины, пугавшего и одновременно притягивавшего Ноэ. В памяти неожиданно ярко вспыхнули картинки той единственной ночи, и щекам стало жарко. Ласковые прикосновения, от которых горела кожа, тихий шепот, горячие поцелуи… Ведьма зажмурилась. В ту же минуту сильные пальцы обхватили ее запястье, дернув вперед, и Ноэ оказалась прижата спиной к груди странного незнакомца, так резко изменившего ее жизнь.
– Моя девочка, – теплые губы легко коснулись щеки, вызвав у Ноэ дрожь.
Одна его рука обвилась вокруг талии Ноэлы, а вторая – вокруг плеч, сердце гостьи забилось, как пойманная птичка. Испуганно вздохнув, она вцепилась в предплечье Дайлиса. И вдруг осознала, что не чувствует безумия. Оно исчезло, словно и не было, демоны молчали. Девушка в нерешительности замерла, боясь поверить.
– Ты придешь ко мне, Ноэ, – не вопрос, утверждение.
От близости незнакомца кружилась голова и становилось жарко, но девушка не смела повернуться, даже пошевелиться. Она перестала понимать, что происходит, и на самом ли это деле или снится ей. Дыхание мужчины шевелило мягкие рыжие завитки на виске Ноэ, рождая волны мурашек по спине.
– Кто ты?.. – снова прошептала ведьма, почувствовав, как ослабели коленки, она прислонилась к его плечу и прикрыла глаза.
– Я скажу тебе, – Дайлис сделал паузу и не сдержал довольной улыбки. – Если придешь сюда еще.
Ноэ дернулась, невнятно пробормотав ругательство.
– Обещаешь, Ноэ? – вкрадчивый голос, которому невозможно сопротивляться, и его руки, которые прижимают крепче.
– А если нет?.. – спросила она, запнувшись.
– Тогда я сам позову, – Дайлис не мог отказать себе в удовольствии и подразнить немного эту нежную, чуткую, похожую на настороженного зверька ведьмочку. Его ведьмочку. Бог Смерти облизнулся. Губы еще помнили сладкий вкус крови Ноэ.
Она неожиданно рванулась из рук Дайлиса и… исчезла. Мужчина тихо рассмеялся, откинув голову. Как же она восхитительна! И раз уж ухитрилась найти дорогу сюда, значит теперь, пока Рэйвен не приведет ее, будет здесь частой гостьей. Уж он постарается.
Со всхлипом Ноэ вскинула голову, не понимая, где находится: угли еле тлели, небо посерело перед рассветом, в лесу перекрикивались птицы. Сердце еще колотилось, в ушах звучал бархатистый голос незнакомца, а тело помнило прикосновения его рук. И безумие. Оно по-прежнему было с ней. Ноэ стиснула кулаки так, что ногти впились в ладони, на глаза снова навернулись слезы.
– Я не приду к тебе! – вырвалось у нее. – Слышишь, не приду! Даже если позовешь… – последние слова она добавила шепотом, в котором сквозило отчаяние.
Что-то подсказывало ведьме, что она придет. Ее первый мужчина, отдавший на растерзание фанатикам Бога Смерти, заявил на нее права, и… Ноэ знала, что сопротивляться не имеет никакого смысла. Оставалось одно – по-прежнему не спать. И не использовать дар, чтобы не давать демонам ни единого шанса.
– Будь ты проклят! – выкрикнула Ноэ, прикусив губу.
Крис и Айк
Художник, что рисовал вывеску для таверны «Дракон и кролик», не то вконец рехнулся, не то упился здешнего крепленого пива до полного отъезда крыши. На широченной доске толстый и очень зубастый кролик пронзительно-голубого оттенка изрыгал пламя, в котором поджаривался маленький красный дракончик, больше похожий на ощипанную курицу. Что это все должно было символизировать, похоже, знал один художник, да и то сомнительно.