Крис похлопал глазами на удивительную вывеску и вздохнул. Надо входить, но не очень хотелось. В таверне десяток луженых глоток ревели песню, в которой цензурными были одни предлоги. Кроме того, там что-то сильно грохотало – то ли поющие отбивали ритм по столам и табуреткам, то ли дрались в процессе пения. Но деваться было особо некуда, поэтому он приоткрыл тяжелую дверь и проскользнул внутрь.
В зале пахло едой, перегаром и дымом из открытого очага. Слава Эми, песня кончилась, и пьяные завсегдатаи вернулись к своим делам – в основном к игре в кости и продолжению попойки. Крис, пробираясь к стойке сквозь задымленное пространство таверны, бросал по сторонам осторожные взгляды. Айка нигде не было видно.
– А кто это у нас тут такой краси-ивый? – протянула к нему окорокообразную руку местная шлюха, соблазнительная, как труп коровы.
Крис шарахнулся от нее в сторону, как от чумной, нечаянно толкнув в спину какого-то тощего типа. Тот как раз подносил к губам кружку с пивом, но в результате здорово облился.
– Задница Эми… – с тоской протянул Крис, предчувствуя неприятности. – Прости, приятель!
– «Прости»?! – просипел тощий и со всей силы ахнул кружкой об пол. – Это ты мне говоришь – «прости»?!
Вокруг них моментально образовалось пустое пространство, даже толстая шлюха куда-то испарилась. На поясе у тощего висела пара разнокалиберных кинжалов, но он решил не размениваться на мелочи. Угрем метнувшись за столик, он вернулся с огромным мясницким топором на плече. Под его весом и от хорошей дозы выпитого бузотер слегка пошатывался. Крис с тоской взглянул на свой нож, которым разве что перья хорошо очинять и яблоки резать.
– Сейчас я тебя буду… эиик! Сейчас я тебя буду шинковать! – невнятно пообещал тощий и сделал шаг к Крису.
Делать нечего – парень обнажил свой нож, прикидывая, как бы увернуться от первого удара. Шансов было мало, противник оказался, по терминологии отца, «очень неприятный» – резкий, опытный, даже под алкоголем не теряющий сноровки.
– Эй, Зубило, – сказал вдруг кто-то негромко, но очень веско. – Я тебе твою зубочистку в задницу засуну и над огнем тебя запеку, понял?
Крис оглянулся. Айк стоял, небрежно прислонясь к стойке, и чистил ногти ножом размером в добрый локоть. При габаритах Айка тот выглядел дамской пилочкой.
– Садись и хлебай свое пиво, этот парень ко мне, – продолжал наемник все так же негромко.
Крис оценил прием – он вынуждал Зубило и всех прочих прислушиваться и сохранять молчание. И вместо удалой пьяной драки с воплями дело, скорее всего, сведется к перебранке. Тихой такой перебранке, да…
Впрочем, и до этого даже не дошло. Тощий Зубило с топором молча развернулся и канул куда-то в задымленный угол таверны, а пустота вокруг Криса тут же заполнилась улыбающимися физиономиями. Кто-то похлопал его по спине, кто-то предложил угоститься «лучшим пивом в этой части столицы, клянусь!», но Айк решительно взял Криса за плечо, и прочих желающих как ветром сдуло.
– Пойдем потолкуем, – сказал наемник, увлекая парня к стойке. – Здесь слишком шумно. Веспер, открой нам дверь.
Лысый хозяин кивнул, снял с пояса массивную связку ключей и отпер небольшую дверцу у себя за спиной. За дверцей явственно просматривались покатые ступени. Айк, а за ним и удивленный Крис прошли за стойку и спустились вниз.
Нижний зал таверны «Дракон и кролик» разительно отличался от верхнего. Никакого дыма, никаких попоек – маленькие столики в уютных нишах, полутьма и негромкие разговоры. Зал был наполовину пуст, а официанток, кажется, в зале насчитывалось не меньше, чем клиентов.
– Вот тут Веспер делает настоящие дела, – пояснил Айк, усаживаясь в уютное кресло у стены. – Здесь ищут и находят работу серьезные парни, а не та шелупонь, что собралась сверху. А чутье мне подсказывает, что ты пришел ко мне с заказом, а, Кристиан? – наемник испытующе глянул на парня.
– Да, – согласился Крис, садясь напротив. – К вам и ко всем, кого вы порекомендуете.
– Ого, да ты серьезно настроен, – оценил наемник и щелкнул пальцами, подзывая официантку. – Эй, голубка! Мы хотим пожрать. Будь добра.
Пока им несли обед, Крис вкратце пересказал Айку суть дела. Наемник выслушал внимательно, не перебивая, лишь задумчиво постукивал себя по переносице.