Он бросил взгляд на долину. Из-за низко нависших дождевых облаков, там внизу нельзя ничего разглядеть. Дождь был сегодня редким и холодным. Пол землянок покрыла вода. Меры, правда, были приняты: солдаты смастерили из бамбука высокие нары, чтобы спать на сухом. «Если проведешь здесь весь период дождей, вода зальет и эти нары», — подумал Шют.
Шум вертолета он услышал, когда тот повис уже над самой посадочной площадкой. Она была оборудована радиомаяком, на который и сориентировался Гендерсон, посадивший машину почти вслепую.
Шют подошел поближе. К машине уже бежали солдаты. Они быстро забрались внутрь и вытаскивали ящики.
Пит Гендерсон выпрыгнул на землю, потянулся и небрежно отдал Шюту честь. Когда они были одни, в их отношениях почти не соблюдалась субординация: слишком давно они знали друг друга, чтобы играть роли начальника и подчиненного.
— Хэлло, шеф, — сказал Гендерсон, пожимая Шюту руку. Он вытащил из нагрудного кармана комбинезона сложенный вдвое лист бумаги, на котором были выписаны два ряда цифр.
— Думаю, что вы полетите со мной, шеф.
Шют схватил приказ. Он был от генерала Дэвидсона, начальника отделения «агентства» в Сайгоне, присланный через коменданта Конхьена полковника Кука: «Немедленно прибыть к Куку за новыми инструкциями».
— Возможно, — сказал Гендерсон. — Дело пахнет отходом. Официально о нем никто не говорит, но это носится в воздухе.
Шют отправился в свой бункер, уложил в полевую сумку необходимые для совещания документы, надел свежую рубашку и повязал галстук. В Конхьене они сидят в блиндажах и по ним ведут огонь. Ну да ладно, я покажу им, как выглядит американский полковник, прибывший из вражеского тыла.
— Часовой! — крикнул Шют.
Пригнувшись, солдат вошел в землянку.
— Лейтенанта Уарда ко мне.
Немного погодя в землянку вошел Уард. Вид у него был усталый.
— Садитесь, Уард, — сказал полковник. — Я бы не стал беспокоить вас, но мне необходимо лететь в Конхьен. Совещание. Новые инструкции. Мы или начнем действовать, или вернемея обратно. Через пару дней все станет ясно, а до тех пор командование отрядом возлагаю на вас.
— Слушаюсь, — ответил Уард, стараясь выглядеть бравым.
Но Шюту было не до того.
— Пока никаких занятий, — наставлял он Уарда. — Позаботьтесь о том, чтобы люди были готовы к броску. Действия патрулей — как до сих пор. Не думаю, чтобы Патет Лао предпринял что-либо в период дождей. И все же обеспечьте охрану подступов к лагерю с запада и юго-запада. Если у нас будет время, мы имущество заберем с собой и приведем здесь все, по возможности, в прежний вид, останутся лишь землянки. Ничего, абсолютно ничего не должно говорить о том, что мы здесь были. Вариант два остается на тот случай, если нас отсюда заберут молниеносно. Тогда захватим с собой только оружие, боеприпасы и НЗ — все, без чего не обойтись. Остальное взорвем. Подготовьте оба варианта. Как будем уходить, решится после совещания в Конхьене.
— Если мы вообще уйдем отсюда, полковник, — заметил Уард. — Возможно ведь, что нам придется использовать лагерь в будущем.
— Не исключено, — сказал Шют, — хотя и маловероятно. Делайте, что я сказал. В мое отсутствие — никакой активности. Будете жить в моей землянке и оставаться на связи. Понятно?
— Понятно, сэр.
— Хорошо, — сказал Шют и вспомнил о Лао Ионе. — Кстати, тем временем, наверное, вернется наш лаосский лейтенант, этот Сухат. Как только он появится, доложите мне по радио. То, что он с собой принесет, может пригодиться в любом случае.
В дверях землянки показался Гендерсон.
— Все готово, шеф. Можем лететь.
— Садитесь, — сказал Шюту комендант Конхьена. Он пододвинул Шюту ящик из-под патронов и обернулся к вестовому.
Кофе был готов. Пока оба полковника потягивали ароматный напиток, снова начала бить артиллерия. На сей раз это был всего лишь беглый огонь: противник как бы ощупывал холм.
— Они нас постепенно изматывают, — угрюмо сказал Кук. — День за днем одно и то же. Они видят каждое наше движение, ведут беспокоящий огонь. Пристреливаются.
Шют покачал головой.
— Не понимаю, — сказал он, — как дело могло зайти так далеко. У нас лучшая артиллерия, полное превосходство в авиации. Разве нельзя добраться до их огневых позиций?
— Едва ли это возможно, — возразил Кук. — Они ведь тоже окопались. У каждого из их минометов минимум десяток позиций, и после каждого залпа они их меняют. Легкое оружие, большая подвижность, маневренность — вот в чем их сила.
— А напалм?
— Мы сбросили на окружающие холмы тонны этого дьявольского желе. Некоторое время было тихо, затем они снова появились.