— В тёмное время суток река гостей не любит. Возвращаетесь завтра поутру.
У них не было столько времени. Он достал из кармана два галлеона и протянул их паромщику. Глаза мужчины засияли. Он переводил взгляд с монет на губы Драко и обратно, пока Малфой говорил.
— Ещё два получишь, если переправишь нас сегодня.
Паромщик выхватил деньги из его рук, пряча их в кармане своей кофты, но отрицательно покачал головой.
— Лучше подождём до утра. Видишь, темнеет, а река здесь кишит сиренами.
Драко поджал губы и столкнулся взглядом с Гермионой. Его поражало их единодушие в некоторых вопросах. Грейнджер нахмурилась, словно говоря ему, что они не могут ждать.
Сам знаю.
Малфой бросил ещё один галлеон паромщику и сделал шаг вперёд, тыча пальцем ему в грудь.
— Мне плевать на сирен. Ты перевезёшь нас. Сейчас же.
Краем глаза Драко видел недовольство на лице Пэнси, но успешно проигнорировал его. Ему вовсе было привычно так поступать — игнорируй всё, что тебя не устраивает, — таков его девиз по жизни.
Паромщик скривился, но больше отнекиваться не стал. Он отыскал беруши для ушей и протянул их Драко и Крюкохвату. По внешнему виду становилось понятно, что они побывали в ушах не одного десятка людей.
— А нам? — спросила Гермиона, и Драко пояснил ей:
— Сирены опасны только для мужчин, к женщинам они равнодушны.
Они забрались на паром. Гермиона облокотилась о перила, всматриваясь в воду, и почувствовала присутствие Драко за спиной. Он стал рядом с ней, но его взгляд был направлен не на воду.
— После того, как мы спасём Тео, вы оба вернётесь домой, — сказал он тоном, не терпящим пререканий. Но Гермиону только разозлило это.
— Это не тебе решать, — отрезала она.
— Здесь опасно.
— А там нет?
Их взгляды пересеклись, столкнулись в схватке, и никто не собирался уступать. Они прожигали друг друга, не произнося ни слова и только всматриваясь в глаза напротив. Ветер колыхал волосы Гермионы, мешая ей смотреть и залезая в рот, и Драко протянул руку, убирая их с её лица. Она больше не заплетала их в косу. Его пальцы коснулись её щеки, и Грейнджер заметила, что начала чаще дышать.
Паром медленно передвигался по водной глади. Пэнси с гоблином о чём-то спорили, и до Гермионы дошло, что ни он, ни Драко не использовали беруши.
Судно тряхнуло, и до них донеслись звуки, которые сложно было спутать с чем-то ещё. Пение сирен. Драко обхватил Гермиону за плечи и попятился вместе с ней от края. Её глаза распахнулись в ужасе. Пэнси и Крюкохват тоже пробрались к центру парома. Гоблин закричал о сиренах паромщику, но тот продолжал управлять судном, не обращая на них внимания.
— Да он глухой! — осознал Крюкохват.
Твою мать, — следом пронеслось в мыслях Драко.
Голоса сирен становились всё громче. Их пение манило Драко, и он с трудом сдерживался, чтобы не броситься к ним. Они не умолкали.
— Пошевеливайся быстрее! — Гоблин предпринял ещё одну попытку достучаться до паромщика, но она не увенчалась успехом.
Пэнси взвизгнула, когда Драко дёрнулся к краю судна и перевесился за борт. Руки Гермионы оттащили его от перил, но Малфой продолжал вырываться.
Из воды показались головы. Темноволосые существа, смахивающие на девушек, тянули руки к парому. Их пение оглушало. Гермиона, не в силах больше выдержать это до боли противное завывание, отпустила запястье Драко, закрывая уши, и Малфой тут же воспользовался этим, приближаясь к борту. Пэнси удерживала гоблина, который изо всех сил пытался присоединиться к нему и прыгнуть в воду.
Голоса проникали прямо в мозг. Драко склонился над водой, и руки сирен мгновенно потянулись к нему. Одна схватила его за запястье, а вторая вцепилась в волосы, желая затащить его под воду. Их было не счесть. Новые и новые руки тянулись к нему.
Пэнси оттолкнула от себя Крюкохвата и подбежала к Драко, заклинанием перерезая руки одной из сирен. Сам Драко, сколько бы он не сопротивлялся, уже почти потерял равновесие, как позади послышался хлопок, и в небо отправился столп искр. Сирены испуганно отшатнулись и скрылись под водой.
Наваждение прошло. Драко обернулся. Гермиона стояла с волшебной палочкой, которую ей дал Тео, в руке. Её глаза широко распахнулись от ужаса, а грудь тяжело вздымалась. Драко сделал несколько аккуратных шагов к ней, чтобы не напугать ещё сильнее, и мягко забрал палочку из её рук, прижимая напряжённое тёло к себе. Грейнджер дрожала в его руках.
— Тише, всё позади. — Голос Драко стал мягче, действуя успокаивающе. — Ты спасла нас. Теперь всё хорошо.
Гермиона медленно кивнула и отстранилась от него, обводя взглядом судно. Пэнси смотрела на их полуобъятия с застывшим на дне глаз раздражением. Любой, кто приближался к Драко, автоматически впадал в её немилость. Хотя Гермиона ей нравилась. До этого момента.
Паромщик пришвартовал судно и подошёл к Драко с протянутой рукой. Крюкохват возмущённо закричал:
— Значит, насчёт двух галлеонов ты всё расслышал? А первые два ты вернуть не хочешь? Или ты всегда берёшь плату с тех, кого оставляешь сиренам на ужин?
— Что же мне делать? — ответил мужчина, и Драко по его взгляду догадался, что он читал по губам. — Я ведь вас довёз! Уговор дороже денег.
Уголок губ Драко дёрнулся в отвращении, но он протянул две монеты. Они двинулись в сторону улиц, и Драко поймал автобус «Ночной рыцарь». Они сели внутрь, и автобус тут же рванул с бешеной силой. Он резко тормозил, если кому-то из пассажиров нужно было выйти, и их бросало из стороны в сторону. Драко терпеть не мог этот вид транспорта. Он удерживал Гермиону, не привыкшую к подобным средствам передвижения, и каждый раз чувствовал покалывание в тех местах, которых касалась её кожа.
Доехав до очередной остановки, «Ночной рыцарь» притормозил, позволяя пассажирам выйти на улицу. Драко придерживал Грейнджер за руку, чтобы она не упала, спускаясь.
— Не укачало? — спросил он, и Пэнси поджала губы, когда уловила беспокойство в его голосе.
Гермиона отрицательно покачала головой, глубоко вдыхая, и выдавила улыбку. Они добрались до ближайшей гостиницы и упали без сил, мгновенно отрубаясь.
Глава 3. Сирота
Крюкохват уверенно вёл их нужной дорогой, но с наступлением темноты замедлился, всё чаще оборачиваясь по сторонам.
— Только не говори, что ты заблудился, — фыркнул Драко, останавливаясь возле Гермионы.
— Когда я был здесь последний раз, стоял день! — раздражённо бросил он. — Как прикажешь найти дорогу, когда здесь темно, как у дементора под капюшоном?
Палочки не могли осветить такую большую территорию, к тому же, они в любое время могли пригодиться для защиты, поэтому Драко вытащил фонарь из рюкзака и протянул ему.
— Держи. Ищи и найди как можно быстрее.
Гоблин рассматривал фонарик как диковинную игрушку. Он вертел им и так, и этак, пока Драко не показал, как он включается.
— Что это? Ещё один подарочек от ведьмы? — воскликнул он, направляя луч света вдаль.
— Подарочек из другого мира, — лениво ответил Драко. — Пошевеливайся.
Крюкохват пошёл вниз по склону, освещая себе путь. Пэнси проводила его недоверчивым взглядом.
— Иди за ним, — сказал Драко. — А то сбежит ещё.
Пэнси не сильно обрадовалась, но, постояв немного, отправилась следом.
Драко и Гермиона остались вдвоём. Тишина была неловкой. Ни один из них не мог придумать, о чём спросить другого, и так они и стояли молча, пока Гермиона не решилась задать вопрос:
— Ты хочешь идти в крепость один?
— Да.
— Если бы ты был один там, на реке, то тебя бы уже не было. Возьми меня с собой.
— Нет, — отрезал Драко. — Это опасно, а ты не умеешь пользоваться палочкой.
— Так научи меня! — Голос Гермионы практически дрожал от испытываемых эмоций. В них было всё: и страх, и нетерпение, и что-то тёплое внутри, что она не могла охарактеризовать.