— Вы не волнуйтесь, — бросила Рита. — Это у нас частая история. Уж сколько лет здесь живём…
Мирон не волновался.
А Мире снова пришлось сделать вид, что она не волнуется.
Глава 28
Остаток пути прошёл в молчании, нарушаемом только рёвом стихии за стеклом. Мира смотрела, как Лёня (его так и хотелось называть Леонидом!) вёл машину, и думала о том, как странно устроена жизнь. Чтобы добраться до новенького, пахнущего краской отеля, нужно было довериться чему-то старому, но непобедимо надёжному.
Когда сквозь снежную пелену наконец проступили смутные огни домов, Мира вздохнула с облегчением. Они проехали сквозь ад. И выжили.
Внезапно нахлынувшая тишина оглушила, когда двигатель заглох. Снегопад продолжался, но теперь казался почти домашним. Мира увидела за окном тёмный силуэт двухэтажного здания, в двух окнах которого тускло горел свет.
«Волга» привезла их прямиком к крыльцу нужного отеля. А ведь они даже не спрашивали адрес.
— Ну, приехали, — сказал Лёня, и его голос прозвучал непривычно громко после долгого молчания.
— Как вы узнали? — Мира продолжала смотреть в окно. — Что нам именно сюда…
— Ох, — по-доброму улыбнулась Рита. — Все здесь знают о новом отеле. Наша деревушка совсем маленькая.
— Спасибо вам! Огромное! — Мира осторожно открыла дверь. Она прониклась этими людьми и этой машиной. Девушка уже думала о том, как осторожно нужно будет хлопнуть дверью. — Давайте мы заплатим…
— Что вы, что вы, — мужчина говорил почти расстроено. — Не стоит…
— Как это не стоит? — Мирон тоже не смог молчать. — Вы же нас спасли! Да и три часа езды… Бензин!
— Бензин мы бы и без вас потратили, — Рита продолжала улыбаться. — Идите, молодёжь! Перед Новым годом все должны друг другу помогать.
Мира ещё раз поблагодарила и, стараясь не хлопнуть, закрыла тяжёлую дверь. Холод ударил в лицо мгновенно, вытесняя тёплый, древесный воздух салона. Она обернулась и помахала Рите и Лёне.
«Волга» мягко тронулась с места и растворилась в снежной мгле, увозя с собой тот самый законсервированный кусочек прошлого. Они остались одни. Тишина была абсолютной, давящей. Не было ни воя ветра, который бушевал в пути. Только густой, беззвучный снегопад, мгновенно засыпающий следы уехавшей машины.
Мира подняла взгляд на здание. Оно казалось чужим. Не таким, как на фотографиях в папке с документами. Оно было тёмным, тяжёлым и — она попыталась отогнать эту мысль — немного враждебным. Два тусклых окна смотрели на них, как прищуренные глаза.
— Ну что, — голос Мирона прозвучал неестественно в этой тишине. — Дворец ждёт.
Он первым ступил на протоптанную к крыльцу тропинку. Мира, поёжившись, потянула чемодан и пошла за ним. Снег скрипел под ногами, и этот звук был единственным доказательством того, что мир вокруг реален.
Мирон потянул ручку двери, но она не поддалась. Он отодвинул свой чемодан в сторону и сделал более резкое движение. Снова мимо. Дверь была закрыта. Тогда он начал стучать. Потребовалось несколько минут, чтобы на этот уличный шум кто-нибудь отреагировал. Дверь открыла молодая девушка в спортивных штанах и растянутом худи. Не было и намёка на униформу.
— Простите… — она поёжилась от внезапного холода. — Вам что-то нужно?
— Мы… — Мира подошла ближе. — Из Москвы. На открытие приехали.
— Открытие? — в голосе девушки послышалось непонимание. — Какое?
— Открытие вашего отеля, — процедил Мирон. Мира почувствовала его нарастающее раздражение.
— А-а-а, — она выдохнула. — Его ведь перенесли на две недели. Мы вчера рассылали всем письма.
От этих слов у Миры в груди что-то ёкнуло. Она ненавидела эти корпоративные мучения. «Рассылали» никогда не было равно «Отправили» и «Получили». Замёрзшей рукой она достала телефон: во входящих ничего не было.
— Я ничего не вижу, — Мира начала злиться.
— Как странно… — девушка покачала головой. — Парень из отдела заботы говорил, что всем отправил…
— Вот так забота, — тихо проговорила Мира.
— Оставим эти чёртовы письма. Почему нам не позвонили? — голос Мирона стал холодным. — Я не хочу ругаться с вами, вы ведь просто работаете здесь. Мы можем поговорить с владельцами?