– Или как это было двести лет назад – с твоего согласия.
– Так вот я о чем. Я собрал этот трибунал, чтобы империя – а не Джур – решила мою судьбу. После всего произошедшего я сомневаюсь, что достоин. И короны, и других привилегий.
Белый хвост Тикса мотнулся из стороны в сторону. Геронт обернулся, но коллеги вернули ему озадаченный взгляд из-под своих капюшонов.
– Мы… не вполне тебя понимаем.
– Я мог предотвратить гибель трех приграничных планет. Я хочу, чтоб вы знали: я не уничтожил Брану, когда имел такую возможность. За две недели до выстрела. Не только из гуманных соображений – впрочем, неуместных в том случае, – а из-за эгоизма и потери взвешенной логики. Я поддался человеческим слабостям.
– Чувствам?
– Тому, что делает сильными людей, но ослабило машину. В душевной стерильности была моя сила. И смысл как императора.
– Обожди, это когда ты не чувствовал? Когда не позволил запытать моего деда на Кси? Или когда зарезал Гервина? Помню, вот это был номер! Ты же химера, Эйден: человек, машина, вирус. Используй это, наконец!
– Если я приму корону, эта химера будет управлять вами. Лично тобой, Тикс. Тобой, Оуи, и тобой… у тебя нет имени.
Тикс рассмеялся и взял золотой молоточек. Геронты, как по команде, скинули капюшоны: канцлер приготовился огласить вердикт.
– Ты прав в одном, Эйден: тебя не было здесь. Так уж вышло, война есть война. Здесь, дома, мы потерпели неудачу сами. Не смей отбирать у нас эти шрамы, когда мы только-только получили свой первый урок! Когда мы только начали сомневаться, а значит, мыслить разумно. Джур интуитивно чувствовал опасность и выслал парламент на границы. Там мы крутили и крутили наши сомнения… и все-таки провели эвакуацию большей части мирного населения за сутки до удара.
Вот почему Эйден не увидел спасательных шаттлов после катастрофы.
– Я долго думал, что было бы, отступи Вурис по приказу Джура, – произнес он, все еще оправляясь от потрясения хорошей новостью. – И пришел к выводу, что стало бы только хуже: врагов у нас предостаточно, и новая власть сильно пошатнулась бы в их глазах. Получается, в той ситуации ваше решение было оптимальным.
– Видишь? Империя не все на свете провалила без тебя. Мы понесли большие потери, но согласись, даже такого ты от нас не ожидал. То, что ты где-то там вздумал взвалить все на себя и не смог вынести, говорит лишь о том, что ты – не бог. Но мы и не хотим себе бога. Империи нужен… эффективный топ-менеджер. С регулярным отпуском и больничными, если нужно.
Андроид был вынужден признать, что в таком ключе последняя фраза звучала не так уж и страшно. Хотя если смягчать до конца, он предпочел бы слово «главврач». В этом что-то было. Геронты посходили с ума, им пригодился бы хороший доктор.
– Империя – не кондитерская фабрика, Тикс. Для управления таким исполином нужен кто-то более совершенный. Тот, кто готов отдать всего себя. Безусловно! Кто положит на алтарь величия Ибриона все, что у него есть.
– Понимаешь, кого ты сейчас описал? Несчастного психопата, которому чуждо все человеческое. Бездушное ничтожество, неспособное любить по-настоящему. Такого ты нам желаешь? Нет… В древнем мире только те цивилизации стали великими, чьи боги были несовершенны! Только зная, что ты уязвим, мы научимся слышать не одного тебя, а друг друга. А от слов о совершенстве у меня чешется хвост! Ты достаточно вырос, чтобы уяснить одну вещь: мы и совершенства не хотим. – канцлер подался вперед, будто собирался поделиться тайной. – Эйден, ведь в чем беда совершенства? Безупречный судит всех по себе. И получается, что вокруг него, куда бы он ни пришел, одни грешники. А кто обитает среди одних только грешников?
– Дьявол! Я же просил не начинать без меня, – Джур сворачивал триниджет прямо в зале. – Он уже драматизировал?
– Заседание окончено, – Тикс ударил молоточком, и судьи принялись исчезать один за другим: со вспышками, с хлопками и в дымке – каждый на свой фирменный лад.
– Поздно, Джур, – их осталось двое в полутемном зале. – Ты пропустил эпизод, где меня раскатывают, как мальчишку.
– Вердикт?
– Алмазный забой. Пожизненно. Давай, верни мне кайло.
Риз Авир снял корону. Да… Будто проклятье с себя стряхнул.
40. Глава о разнице между «падать» и «лететь вниз»
Заваленный вопросами, поздравлениями, новостями, Эйден добрался до флагмана только к ночи. Его код открывал любые клинкеты в коллаборате, и андроид заглянул тихонько в каюту Самины. Надеялся, она спит. Не потому что не хотел говорить, а потому что хорошо было бы ей отдохнуть после всего.