– Ты ведь не будешь утверждать, что проник в гробницу один?
– Да, я был не один, – подтвердил Таорн, он не имел шансов врать и отпираться, ведь тут находилась та, которая видела Престона.
– Кто он? Как его зовут?
– Это Престон Буир, мой дядя. Что с ним случилось? Где он?
Пока отчаянный взгляд Таорна метался между Кипсом и его подчинёнными в поисках хоть какой-то подсказки, те сами переглянулись друг с другом. По их лицам правонарушитель понял, что они только что получили порцию очень важной информации, хотя он почти ничего ещё не сказал.
– Значит, его зовут Престон Буир, – констатировал самый молодой из подчинённых Кипса. – Это уже больше, чем всё то, что мы о нём знали. Рэм, ты ведёшь запись?
– Да, – ответил Рэм.
Третий мужчина пока молчал, но Таорн уже смог определить расовую принадлежность каждого. Самый молодой был землянином со светлой кожей и чёрными волосами. Того, кого назвали Рэм – зэрграверянином. Старший явно принадлежал к руктаорцам. Но кем являлась девушка, расположившаяся поодаль от всех, он пока понять не мог.
– Где сейчас может быть твой сообщник? – спросил Кипс.
– Я не знаю… Правда, поверьте, не знаю. Я вообще не могу понять, что там произошло!
– Ты не знаешь? – чуть с сарказмом, переросшим в раздражение, сказал Кипс. – Вы двое забрались в гробницу, пытались утащить ценность невероятной стоимости, и ты ещё говоришь, что не знаешь, что вы там делали?
– Нет, я не отрицаю своей вины! – поспешно воскликнул Таорн. – Мы действительно вскрыли старую гробницу и похитили перстень… пытались похитить… или похитили?
Чувствуя, что начинает путаться в своих воспоминаниях, Таорн взмолился:
– Я даже не знаю толком, украли мы тот перстень или нет! Поверьте мне, когда покойница вдруг ожила, я просто банально потерял сознание от ужаса. Когда очнулся, дяди уже не было рядом, а кругом находились космические патрульные и исследователи из МИИ. Последнее, что я помню, это как она, – при этих словах Таорн покосился в сторону девушки, присутствовавшей в комнате, – приставила свой меч к горлу моего дяди.
– Это не меч, а стилет, – поправил его один из подчинённых Кипса.
– Артур, это неважно сейчас, – сказал Кипс тому, и постарался успокоить Таорна: – Не надо так пугаться. Не произошло ничего сверхъестественного. Всё вполне объяснимо. И именно потому мы здесь. Если мы не просчитались и не ошиблись, то именно ради твоего дяди Престона Буира всё и затевалось.
– Ради него? А зачем он вам?
– А зачем его вообще ищут? – вопросом на вопрос ответил Кипс. – Сам ведь догадываешься, что он за человек. Такой выдающийся авантюрист просто не мог не привлечь внимание закона. Но не волнуйся, наша цель была не столько наказать его по закону, сколько привлечь к сотрудничеству. Долго ломали голову, где и как его поймать. Он очень осторожный человек и недоверчивый. Но обожает лезть туда, куда попасть не так уж легко. Да, признаюсь, последние события в Сармеке вызваны именно стремлением, наконец, выяснить, кто этот таинственный расхититель гробниц. Несколько десятилетий даже имени его настоящего никто не мог узнать. Так что ты порадовал нас хотя бы уже тем, что назвал его.
Таорн только сейчас понял, как сильно «удружил» своему покровителю, но исправлять ошибку было уже поздно.
– Разумеется, мы лелеяли надежду поймать лично его самого, но вот, опять не вышло. Пока не вышло. Для того, чтобы заманить его на Калемар и вновь заставить объявиться среди гробниц долины Сармека, мы и устроили этот шумный скандал на весь ОПМП. Зная, что так просто он в ловушку не попадётся, пришлось выдумать нечто очень особенное. Любая, уже вскрытая гробница, его бы не прельстила. А та, которая ещё не ограблена, могла быть обчищена им незаметно даже под носом у самой лучшей охраны. Наличие сигнализации и прочего тоже отпугивало его. Поэтому знаменитого грабителя пришлось ловить на особенную приманку. Чтобы иметь как можно больше гарантий взять его с поличным на месте преступления, надо было приложить все усилия, чтобы он позарился на одну, конкретно выбранную нами заранее гробницу. И сделать это предстояло так, чтобы он и не догадался, что его подталкивают к чему-то. Приманка должна была выглядеть просто и убедительно с любой стороны.