– Разумеется, нет. Эти трое всего лишь пешки в чьей-то игре. Когда их допрашивали, применив компьютерный гипноз, они даже тогда подтвердили, что не знают ничего о перстне. Это их заказчик велел им сказать Стелле про гравировки. Вот только, это свидетельствует о том, что этот таинственный человек действительно не понаслышке знает о секретах перстня Октасэны, который никто за последние триста лет не видел и не изучал, потому что тот находился в запечатанной могиле. И он – очень ценная для нас личность.
– Настораживает другое, – призадумался Артур, – зачем ему внезапно понадобилась сама Стелла? Почему он резко изменил свои планы и приказал наёмникам спросить хозяйку перстня о Мире Семи Звёзд и, если она ответит утвердительно, похитить её? Создаётся впечатление, что Стелла ему вдруг стала интересна не как новая обладательница перстня Октасэны, и уж тем более не как терианская принцесса, а именно как человек, собирающий сведения о Мире Семи Звёзд.
– Следователи пришли к такому же выводу, – подтвердил Кипс. – Вот только кто он, так и не ясно, очень уж осторожно себя вёл, не оставил никакой подсказки. Пока не известно, кто и откуда руководил этой троицей.
– А это не могли быть люди из «Семизвездия»? – выдвинул предположение Рэм. – Они видели Стеллу, знают о перстне, ведь он был на её руке, и, ко всему прочему, не исключено, что стремятся устранить человека, который слишком уж привлёк внимание к этому непонятному Миру Семи Звёзд. Желая замести следы, они могли принять решение избавиться от неё, ведь мы так и не знаем, что с ней там случилось, и почему её подкинули на Этос в бессознательном состоянии. Перстень Октасэны находился всё время у Стеллы, и они могли рассмотреть его во всех деталях.
– Исключено! – возразил Артур. – Кто бы ни руководил «Семизвездием», на такое бы он точно не пошёл. Во-первых, потому, что Стелла и так была у них в руках: какой смысл было её отпускать, а потом похищать? И во-вторых, если уж им так приглянулся перстень Октасэны, то ничего не стоило его просто забрать у Стеллы сразу. А какие новости относительно тех вещей, которые Престон использует сейчас как наживку? Результаты есть?
– К сожалению, пока ничем порадовать не могу, – ответил Кипс. – На Калемаре, как вы видите, тихо, как в омуте. Все придворные хранители архивов предупреждены и, если кто-то предложит им взятку за пособничество в краже так называемого дневника царицы, они тут же сообщат нам. Но ни поддельный дневник пока не пропал, ни потенциальные воры не проявили себя никак. То же самое и с фрагментом той решётки, которую Престон отправил на аукцион. Не поверите, сегодня прошли первые торги, и именно этой вещью никто даже не поинтересовался!
– Или просто нужный нам человек что-то заподозрил и затаился. Это могло произойти хотя бы потому, что слишком уж большое внимание пытается Престон привлечь к этим вещам. А новости непосредственно о «Семизвездии» есть? – спросил Том.
– Скажем так: мы пытаемся предотвратить дальнейшие «путешествия». Так как билеты передаются от одного человека к другому, и все это люди не рядовые, ЦМБ поставил в известность Леджера Сейлана и получил от него разрешения побеседовать с каждым, кто одержим омиаром. Таких, кроме уже знакомой вам Ортанс, нашлось ещё трое: две девушки и парень. Они утверждают, что тоже ели этот фрукт и теперь просто не могут забыть его. Всё остальное им кажется безвкусным и даже противным. Вот только его настоящее название никто, кроме Ортанс и Стеллы, не знает. Их допрашивали, по понятным причинам, не только в тайне, но и по отдельности друг от друга. Они рассказали странную вещь. Если Стелла утверждает, что впервые попробовала омиар, сорвав его с дерева в каком-то лесу, то они совершенно иначе его получили. Одна принцесса обнаружила его просто среди других фруктов на своём столе, когда обедала в «путешествии». Другая рассказала, что её угостил этим омиаром кто-то из горожан. А что касается парня, так он вообще не помнит, когда его попробовал. Только его симптомы, схожие с теми, что проявились у четырёх девушек, в числе которых наша Стелла, даёт нам уверенность в том, что он тоже ел этот злополучный фрукт. Ортанс рассказала, что, посетив в «путешествии» карнавал, услышала, как несколько людей говорили о том, какой непревзойдённый вкус имеет омиар. Она тоже захотела попробовать и попросила один. Казалось, они ели втайне от других, но, поняв, что она слышала их разговор, дали Ортанс его попробовать, чтобы она их не выдала. Вот и пойми, что это за мир такой, где иллюзии воплощаются в реальную угрозу здоровью и даже жизни.