– Когда я долго не ем омиар, у меня тоже бывает полная дезориентация в пространстве, – добавила она.
– Это правда? – обратился уже к Заре Артур.
– Да, – честно ответила та. – От омиара всякое бывает и быстро проходит. Но зрение ещё никто не терял.
– Однако, териане вряд ли когда-либо его пробовали. Если смотреть правде в глаза: мы не знаем, как реагируют люди голубой крови на этот фрукт. Быть может, для них омиар – это медленнодействующий яд, – предположил Рэм.
Высказать своё мнение по этому поводу Зара не успела.
В этот момент Стелла потеряла сознание.
20. Туланир.
Страх, ощущение нереальности окружающего мира, непонимание, что происходит – всё это врезалось в память так сильно, что пробуждение вызвало почти панику. Ещё не успев даже глаза открыть, Стелла вскрикнула. Последние дни она уже почти на уровне инстинкта боялась двух вещей: просыпаться и куда-то спешить. Что ждёт её на этот раз? Где она, и что происходит? Рядом друзья или враги? Пожалуй, эти вопросы у неё возникали все сразу и одновременно.
– Стелла, ты меня видишь? – знакомый голос зэрграверянина несколько успокоил её.
Если это Рэм, значит, всё не так уж плохо.
Терианка не сразу сообразила, что смотрит прямо на него. Пелена в глазах ещё стояла мутным туманом, но зрение вернулось.
– Да. Вижу, – ответила она, чувствуя, что одновременно сердце перестает учащённо биться от страха. – Где я?
Врач присел на край кровати, на которой она лежала и, проверяя пульс, сказал:
– В «Палеусе». Если точнее, в медицинской комнате.
– А Тибо?
– Не переживай, он тут. Ни на шаг почти от тебя не отходил, но я присматривал за ним и накормил. Тебе сейчас о себе надо беспокоиться.
Стелла продолжала анализировать происходящее вокруг, исходя из того, что она могла ощущать и видеть. Она была в своей фиолетовой форме. Её укрывало нечто достаточно толстое и тёплое, хоть и не тяжёлое. Термоодеяло, как она догадалась. Терианка лежала в одной из комнат медицинского отсека, но аппаратуру никакую к ней не подключили. Ничего не болело. Значит, она не была снова ранена или больна серьёзно.
– Что произошло? – отважилась напрямую спросить Стелла.
– А ты ничего не помнишь? Какие воспоминания остались последними? – Рэм хотел, чтобы она сама дала оценку тому, что с ней случилось.
– Голова очень болела. Это произошло сразу, как только я приготовила ужин и поела вместе с Юфэн и Зарой. А потом зрение начало пропадать. Наверное, они меня чем-то отравили. Им нельзя верить, – подвела итог Стелла.
Рэм неодобрительно покачал головой:
– Опять поспешные выводы делаешь. Они не причинили тебе никакого вреда.
Стелла потрогала своё левое запястье и почувствовала, что там были следы от уколов.
– Что ты мне ввёл? Я чем-то больна?
– Нет, в крови не обнаружено ничего страшного, что могло быть ядом или вирусом. Я только дал тебе успокоительное. Нервы у тебя расшатаны, но это не самое страшное. Думаю, тебе сейчас не лекарства нужны, а кое-что другое. Смотри, что прислала тебе Маритаими.
Рэм кивнул в сторону столика, что стоял рядом с кроватью. Стелла повернула голову и увидела блюдо, на котором лежал всего один фрукт. Сначала ей показалось это галлюцинацией, но даже с ещё затуманенным зрением она узнала омиар.
– Откуда он? – изумлённо спросила терианка.
– Ты же в курсе уже, что Маритаими тоже зависима от него, – пояснил Рэм. – Поэтому, у неё с собой всегда есть небольшой запас омиара.
Врач ещё договорить не успел, а Стелла очень проворно потянулась к вожделенному плоду.
– Стой, стой! – Рэм перехватил руку пациентки. – Не так быстро, и не всё сразу.
Он взял нож и, отрезав только несколько кусочков, дал их Стелле.
– Думаю, твоё состояние вызвано омиаром. Я не располагаю всей необходимой аппаратурой, чтобы провести детальную диагностику и исследования, но догадываюсь, что ты страдаешь от него.
– Тогда зачем ты мне его дал? – уже сидя, Стелла съела всё очень быстро.
– Для тебя он сейчас яд и противоядие одновременно, – пояснил врач.