Ифдихи тепло улыбнулась, взглянув на сидевшую рядом с ней девушку-терианку.
– Она залечила мне многие душевные раны, заменила семью, – продолжала Ифдихи. – Я уже начала смиряться со своей судьбой, но однажды, просто посреди города, я столкнулась с Ортанс. Это была моя дочь! Я сделала вид, что не узнала её. Ведь правда была так опасна! А те, кто её сопровождал, тут же усыпили Ортанс, выдав потом всё случившееся за непредвиденное сновидение. После этого я потеряла покой, места себе не находила. Ведь моя девочка была совсем рядом, а я даже увидеть её больше не могла. Я молчала обо всём, никому не выдала своей тайны. И только Луджаин знала правду. С того времени мы обе начали мечтать вырваться с Туланира и найти способ вернуться домой. И вот не так давно, Луджаин прибежала ко мне крайне взволнованная. Она утверждала, что в Лаедане находится её подруга детства. Если честно, я тогда ей не поверила. Слишком уж это казалось невероятным. Тогда я отправилась взглянуть на тебя. Может помнишь, мы встретились около небольшого садика с аркой. Я схватила тебя за руку и попросила о помощи. Но тут появился Алак и мне пришлось быстро спрятаться. А тебя попросту усыпили на том самом месте. И вот, ночью, мы с Луджаин пробрались к тебе в спальню, решив поговорить. Но ты так крепко спала. Да, этот Алак всегда перестраховывается и накачивает туристов снотворным так, что порой разбудить их проблема. Пока мы пытались привести тебя в чувство, кто-то обнаружил, что в особняк проникли посторонние. Нам пришлось быстро убегать. Мы так спешили, что не обратили внимания, что дверь не закрылась полностью. Похоже, именно через неё ты вышла, а потом бесследно пропала.
– Но я же нашлась, – успокоила её Стелла. – Так что, поверьте, вам очень повезло. Как и мне. То, что вы рассказали, очень тревожит меня. Такие сведения нельзя просто разгласить и отправить вас домой. Так что делайте вид, что меня не знаете и ни о чём со мной не говорили. Я сообщу обо всём в ЦМБ, и там придумают, как вас спасти, и без риска для всех вернуть в семью.
– Спасибо большое, – на глазах Ифдихи снова блестели непрошенные слёзы, но уже от радости.
– Мне пора возвращаться. Солнце скоро сядет, – посмотрев в сторону окна, произнесла Стелла и уже хотела удалиться, когда её удержала Ифдихи.
– Подожди! – почти умоляюще глядя на сверхисследовательницу, она поднялась на ноги и попросила: – Расскажи мне об Ортанс.
Да, желание матери, узнать хоть что-то о своем ребёнке, было понятно, но Стелла опасалась, что её отсутствие обнаружится. Да и что она могла сказать? Стелла видела Ортанс только в клинике, и притом в весьма плачевном состоянии. Потом она слышала, что той стало лучше, и лихорадка прошла, но ведь оставалась зависимость от омиара.
Пока сверхисследовательница собиралась с мыслями, как бы более мягко преподнести правду, она не сразу обратила внимание на знакомую головную боль.
Только заметив, что Стелла изменилась в лице, Луджаин забеспокоилась:
– У тебя что-то болит?
– Да… голова… – простонала Стелла.
Она почувствовала, что не может стоять на ногах и опустилась на ближайший стул.
– Что происходит? – спросила Ифдихи. – Ты больна? Позвать врача?
– Нет, – остановила её Стелла, и заметила, как зрение опять начинает пропадать. – Это омиар. Врачи тут не помогут.
– Что? Тебе тоже кто-то дал эту отраву? – ужаснулась Луджаин.
– Мне срочно нужен омиар, иначе я сначала ослепну, потом потеряю сознание. Боль всё сильнее…
Ифдихи переглянулась с Луджаин, и произнесла:
– Мы не можем этого допустить. Что же делать?