– Их действительно стало меньше, – прошептал Таорн, присмотревшись. – Три дня назад, их было как минимум вдвое больше.
– Видишь, даже ты это заметил, – снисходительно и одобрительно заметил Престон. – Значит, не так уж ты и безнадёжен в роли моего ученика.
– Выходит, стоит подождать ещё несколько дней, и они окончательно уберутся отсюда?
– Ага, размечтался, – хмыкнул опытный грабитель. – Я уж все их хитрости знаю. Думаешь, почему меня до сих пор не поймали? Да потому, что я их методы борьбы, с подобными мне, изучил досконально.
– И что, по-твоему, они делают?
– Хочешь знать, что будет дальше?
– Да.
– А всё просто. Они уверены, что навели тут шума и распугали всех воров. Разумеется, так оно и есть. Вот только охранять гробницы до скончания века никому не захочется. Тем более из нескольких сотен гробниц не вскрытыми и не расхищенными остались немногие.
– И что?
– Они просто поставят охранные сигнализации везде, где можно.
– Значит, у нас действительно времени не много.
– Да, и уже сейчас самые ценные гробницы под охраной. Если туда и пустят кого, так только исследователей из МИИ, чтобы те удостоверились, что всё в порядке и сделали для истории снимки и опись находящихся в захоронениях предметов.
– Тогда что мы тут делаем?
– Мы? Занимаемся своим делом.
– А не поискать ли место более спокойное? Чего тут ловить, если самое ценное уже недосягаемо? Стоит ли рисковать понапрасну?
И снова вместо ответа Таорн получил подзатыльник.
– Только лёгких путей ищешь? Не будь ты моим племянником, давно бы выгнал! Ученик из тебя никакой.
– Тогда чего мы добиваемся? – чуть обиженный, спросил юноша.
Престон многозначительно усмехнулся, глядя в сторону находившейся среди скал и входов в гробницы охраны, и сказал:
– Это дело чести и принципа. Хочу доказать этим простофилям, что мне никакие преграды не страшны. Я могу залезть куда угодно даже под носом у лучшей охраны. И утащить то, о чём они даже не подозревали.
Предчувствуя, что именно сейчас Престон готов полностью посвятить его в свой план, ради которого они уже несколько дней околачивались около Сармека, Таорн замер в ожидании.
Но наставник не стал распространяться насчёт своих дальнейших действий, а коротко скомандовал:
– Вперёд, у нас мало времени. Мы должны успеть до утра.
Все ещё трепеща не то от нервного напряжения, не то от холодного ночного воздуха, Таорн последовал за своим учителем. Они обогнули то место, где находились охранники. Вдоль многочисленных чёрных скал тянулись вереницы гробниц. Некоторые входы были давно вскрыты, и таких, к сожалению, оказалось большинство.
– Куда мы идём? Уже почти весь Сармек прошли, – отважился спросить Таорн, поправляя висевший на плече увесистый моток верёвки и чувствуя, что рюкзак на спине становится тяжелее от усталости.
Престон, казалось, даже не замечал собственной ноши.
Он остановился и обернулся к Таорну:
– Какую из этих гробниц ты предпочёл бы посетить?
– Что? – не понял вопроса юноша.
Сдерживая порыв гнева, Престон тихо прошипел:
– Да, я хочу знать, какую усыпальницу, по твоему усмотрению, ты выбрал, если бы пришёл сюда один?
– А-а… – протянул Таорн, поняв, о чём его спрашивают, и, призадумавшись, ответил: – Ну, думаю, выбрал бы самую знаменитую и богатую. Если уж рисковать, так хоть знать ради чего.