– Я, правда, не хотела потревожить вас. Просто первый день нахожусь тут и ещё не очень ориентируюсь.
Она уже собралась покинуть палату, как Ярдения вдруг остановила её:
– Постой. Ты из соседней комнаты?
Незнакомка остановилась и утвердительно кивнула.
Ярдения бросила короткий взгляд на Ортанс, будто желая удостовериться, что своим разговором она не разбудит сестру, и поспешно подошла к нежданной посетительнице.
Остановившись совсем близко, она заглянула в глаза Стеллы и спросила с нескрываемым страхом и трепетом:
– У тебя странная болезнь, которую никак не могут даже продиагностировать, верно?
Девушка недоверчиво посмотрела на неё, и с долей колебания ответила:
– Да. Но откуда ты это знаешь?
– Меня зовут Ярдения, – тихо представилась сиделка Ортанс. – Не бойся, я никому ничего не расскажу. И в твою жизнь лезть не буду.
И снова последовал недоверчивый вопрос:
– Тогда чего ты от меня хочешь?
– Как тебя зовут?
После недолгой паузы, полной очередных опасений и сомнений, которые были разыграны очень убедительно, та представилась:
– Элиэнта.
– Просто расскажи, как давно это у тебя началось?
Невысказанная тревога, так явно читавшаяся в глазах Ярдении, заставила Стеллу взглянуть на суть её души. Она увидела девушку, достаточно добрую, но в цепях чего-то, что та не осмеливалась разорвать сама, и потому страдала, никому ничего не говоря и не доверяя свою скрытую душевную боль, а тяжесть тайн тянула её на дно отчаяния.
– Ну… – Стелла призадумалась, и ответила: – думаю, около месяца назад, по земному времени. Но ничего, просто недомогание, думаю, скоро пройдёт. А почему тебя это так интересует?
Ярдения не ответила на этот вопрос, а, сгорая от странной смеси страха и желания узнать нечто важное для себя, спросила сбивчиво:
– А как давно ты была ТАМ?..
Её голос дрожал, стал тише, последнее слово она произнесла особо подчёркнуто, и Стелла догадалась, что стоит на пороге какой-то тайны. Терианка вплотную подошла к тому, ради чего она здесь. Но, как далеко её пустят? Быть слишком откровенной после двух минут знакомства было рискованно. Если поторопиться, можно всё провалить. Да и судя по напряжению и интонациям Ярдении, та и сама будто пугалась озвучить то, что не покидало её разум ни днём, ни ночью.
Выдержав достаточно правдоподобную паузу и отведя взгляд, чтобы не выдать чего-то, что может отвратить собеседницу от искреннего разговора, она произнесла:
– Не понимаю, о чём ты.
Ярдения покачала головой:
– Да, конечно, я знаю, что ты тоже должна молчать. Но… похоже, вы обе были там. Так ведь?
– Ярдения, к чему ты клонишь? – Стелла ещё больше склонила голову набок, будто желая защитить какие-то свои секреты и боясь смотреть в глаза Ярдении. – Я даже не знакома с тобой и с той девушкой, которая лежит тут. Хотя, подозреваю, что вы обе из знатной семьи.
– Всё верно, мы из королевского рода Зеви́нда. Может, ты слышала о нас? Мой отец король. Наша страна находится на отдалённой планете под названием Ликка́ра.
– Ах, да, припоминаю, – по-прежнему вяло ответила Стелла, как будто бы это её вовсе не интересовало, да она и без этого уже наизусть знала родословную этих девушек. – Меня учили хорошо, но ваше маленькое королевство Ле́нма не обладает большим авторитетом в ОПМП. Я там даже никогда не была.
– Ленма действительно влияния почти не имеет, но всё же мой отец входит в правительство ОПМП.
«Зачем эта ленмийская принцесса рассказывает мне о том, откуда она? Я и так это хорошо знаю. Но ведь не просто так она меня тут удерживает, что же у неё вертится на языке? И, самое главное, что её останавливает?»
– Извини, у меня болит голова, я прогулялась, но легче не стало.
– Она тоже ещё две недели назад могла ходить, а теперь… – тихо вырвалось у Ярдении, и Стелла заметила, с каким отчаянием она посмотрела на свою двоюродную сестру Ортанс.
– Почему ты мне это говоришь? – с круглыми от удивления глазами спросила терианка.
– Потому, что ты можешь скоро стать такой же и…
– И…?
Ярдения умолкла на миг, в её глазах, полных слёз, Стелла увидела бездну отчаяния. Казалось, настал тот момент, когда истина, пусть хотя бы её крошеная часть, должна была прорваться через плотину молчания, но тут болезненно вскрикнула Ортанс.