Развернувшись, сверхисследовательница медленно покинула кладбище в сопровождении Тибо. С тех пор, как она впервые попала на Туланир, произошло столько событий. Но только сейчас осознала, что знай она тогда о том, что Рукур живёт в лесу не один, смогла бы помочь Хлое. Однако, измождённая длительной болезнью, пожилая женщина уже не нашла в себе сил бороться за жизнь дальше. Её нашли слишком поздно, чтобы спасти.
– Мне сейчас не скорбеть надо, а думать о собственной жизни, – тихо ворчала на себя терианка.
Двигаясь к лагерю исследователей, всё так же базировавшемся неподалёку от землянки Рукура, она заставила себя идти быстрее. В одном из самых больших шатров начиналось очередное собрание учёных. Они продолжали биться над загадкой таинственного корабля, построенного Заблудившимся Ангелом, стаскивая все доступные сведения и пытаясь соединить их в одно целое. Астрономы, физики, математики, лингвисты, инженеры и техники работали вместе, только успеха пока достичь не смогли. Даже мало-мальски какого-то прогресса не замечалось. Абэриан предоставил им все сведения, которые хранила его память, но они касались только управления кораблём и были весьма поверхностными. Всё, что он сейчас смог определить – отправляться в путь нельзя. Но почему – пояснить не мог.
Остановившись около этого шатра, откуда доносилось сразу множество голосов, Стелла замешкалась. Она пару минут топталась на месте, так и не заставив себя зайти туда. Меньше всего ей хотелось сейчас оказаться в многолюдном и шумном месте. Хотелось тишины и покоя, да и голова начинала болеть.
«Какой прок тут от меня?» – спросила себя сверхисследовательница, хотя прекрасно понимала, что её все ждут.
Вот только интуиция ей подсказывала, что они ищут разгадку ребусов вовсе не там, где надо. Исследователи опять шли по тропе, протоптанной логикой и знаниями их родной цивилизации, тогда как творения неведомого мира могли таить в себе простые ответы, содержавшиеся вовсе в другом формате информации.
– Пошли, закажем себе омиар и поработаем в тишине, – обратилась Стелла к Тибету.
Собака с радостью завиляла хвостом, словно полностью соглашаясь с хозяйкой.
Следующие два дня прошли в напряжённой лихорадочной работе. Споря друг с другом до хрипоты, выдвигая массу гипотез, исследователи искали путь, по которому можно попасть в Мир Семи Звёзд. Как только возникали новые туманные догадки или дебаты заходили в тупик, все дружно обращались к Абэриану Улофору, но спокойный издоннарец лишь пожимал плечами и отвечал:
– Может – да, а может, и нет.
Это окончательно повергало людей из МИИ в отчаяние.
Беглар посмотрел на развешенные по всему шатру чертежи, карты и прочее, и устало сказал:
– Так мы до конца жизни провозимся с этим делом, не сдвинувшись с мёртвой точки. Что там со спутниками? Вчера отправили десять штук. Хоть один прислал данные?
– Они бесследно пропали, – ответили ему.
– Впрочем, как и все остальные, м вздохнул Беглар.
– Отправлять наугад во все стороны спутники – это не лучший способ искать информацию, – сказал Престон. – Что бы ни окружало Туланир, оно точно легко не раскроет свои тайны. Сам по себе участок космоса около этой планеты очень опасен, и то, что мы сюда вообще сумели проложить надёжный путь, уже само по себе большая удача.
– И что вы предлагаете? Продолжать сидеть и ждать, копаясь в пыльных старых чертежах кеонлэсцев, которые они сами истолковать не могут? Какой от этого прок?
– Верно, Беглар, – вздохнув, согласился Престон. – Это всё чертили сунари, а их не осталось никого. Странно, что эти бумаги вообще ещё сохранились каким-то чудом до наших дней.
К столу, около которого стояли Престон и Беглар, подошёл Таорн и положил на него ещё несколько скрученных в свитки пыльных пожелтевших бумаг.
– Хотите взглянуть? – спросил он.
– А какой смысл? – без всякого энтузиазма отозвался Беглар.
– Откуда они? – поинтересовался Престон.
– Из того подвала, который вчера откопали под руинами одного из строений сунари. Остальное уже давно всё истлело от сырости.
Беглар осторожно начал разворачивать один из свитков, и сразу же увидел опять запутанные чертежи вперемешку с цифрами.