– У меня? – переспросила Стелла, сверля Рукура взглядом. – Где?
Она растерянно обернулась к столу, на котором лежала старая книжка рассказов. В её листах сейчас прятались три страницы с невесть кем написанной сказкой.
– Не о том думаешь, – догадался о её мыслях Рукур. – Дальнейшую подсказку ищи в книге, которая досталась Абэриану от отца. Это не просто красивая и благоухающая безделушка с вышитыми картинками. Там зашифрован ритм движения небесных тел, безопасные циклы вылета и кое-что ещё. Я всё сказал.
Прежде, чем Стелла успела осознать услышанное, Рукур быстро ушёл, словно испарился в один миг.
Минуту спустя, никому ничего не объяснив, сверхисследовательница со скоростью пули мчалась в свою палатку. Отыскав среди прочих вещей овальную книгу, Стелла быстро пролистала её, пытаясь посмотреть на неё новым взглядом. Однако, то ли она слишком нервничала, то ли информация была подана по-особенному, но ничего нового увидеть не удалось. Действуя напролом, Стелла не стала терять время, а отправилась в Лаедан. Не считаясь с тем, что дел у Абэриана Улофора и так невпроворот, она не сочла нужным ждать, пока тот освободится.
Издоннарец, волею судьбы рождённый на Туланире, нёс теперь ответственность за коренных жителей Кеонлэса. Неуправляемый, эгоистичный, избалованный и недалёкий, этот народ только требовал себе все блага и не хотел ни с кем считаться. В разгар очередных переговоров с упрямыми старейшинами, Абэриан услышал за дверями кабинета шум и лай собаки. Вслед за этим в помещение прорвалась, не без поддержки Тибета, Стелла. Охрана не сумела их остановить. Однако, её появлению, казалось, Абэриан в глубине души обрадовался: общаться и дальше со своими сородичами у него уже не доставало на сегодня терпения.
Объявив заседание оконченным, он дал понять, что Стелла сейчас важнее. Это оскорбило старейшин кеонлэсцев, и те удалились с весьма недовольным видом, который даже не пытались скрыть.
– Никогда не думал, что ты однажды будешь брать штурмом мой кабинет, и уж тем более, не смог бы предположить, что меня это обрадует, – чистосердечно признался Абэриан. – Но, полагаю, ты не чаю пришла со мной выпить.
– Вы совершенно правы. Я пришла сейчас как человек, который нуждается в помощи.
Абэриан смерил взглядом вооружённую девушку, рядом с которой стояла внушительных размеров собака, и сказал:
– Вряд ли ты пришла сюда пожаловаться, что тебя кто-то обидел и ищешь справедливости.
– Ну, в некотором роде это правда. Мы уже который день бьёмся над разгадкой того, как и когда отправляться в Мир Семи Звёзд. А оказывается, подсказка уже давно была у меня в руках. Эта та самая книга, что досталась вам от родителей.
Сверхисследовательница положила на стол уже знакомую Абэриану книгу. Тонкий аромат тут же стал распространяться по кабинету.
– А от меня ты чего хочешь? – спросил издоннарец. – Я уже рассказал всё, что знал.
– Нет, не всё. Рукур сегодня проболтался, что эта книга и есть важная часть успешного достижения Мира Семи Звёзд. Да, корабль находится на автопилоте и в нём заложено немало маршрутов. Даже ребёнок справится с управлением, достаточно вызвать корабль. Однако, этому ребёнку надо решить, когда и каким путём он отправится. Сегодня я перебрала в памяти всё, что слышала от Рукура прежде. Когда он впервые привёл меня к тому месту, где хранился ключ от корабля, то сказал, что они имеют мечту и цель, но путь потерян, или что-то вроде того. Эта книга, что хранилась у вас, господин Улофор, и есть путь.
– Да, она ценная в этом деле, но я не посвящён в детали. Как я уже говорил: отец не успел обучить меня всему.
Стелла достала из сумки три грубо вырванных из книги листа и подала их издоннарцу:
– Взгляните на это. Казалось бы, мусор. Вот только его нашли там, где сказкам совсем не место.
Абэриан изменился в лице, когда его взгляд упал на одну из страниц.
– Где вы это обнаружили?
– На том месте, где предположительно первые Хранители пытались восстановить одно из зданий сунари. Они валялись как обычный мусор под столом, и никто, кроме меня, ими не заинтересовался. Прочтите.
– Мне не нужно это читать, – тихо ответил Абэриан, не отрывая потрясённого взгляда от выпачканных и помятых листов. – Я знаю, что там написано.