Рукур опять попал в условия жёсткого преследования со стороны сверхисследовательницы. Она чуть ли не травлю устроила, гоняясь за ним и в результате, не без помощи Тибо, достигла своей цели. Вот только, никакой информации она от него не получила. Он даже не смог пролить свет на то, куда делись другие две книги. Ведь сейфов с ключами от корабля и перстнями сунари было три. Следовательно, и книг должно было быть столько же. Круг поисков снова замкнулся на Абэриане Улофоре. Этот человек ближе всех стоял к разгадкам тайн сунари, надо которыми работал его отец. И если для Рукура эти события являлись преданиями старины далёкой, то Абэриана от них отделяли всего несколько десятилетий его достаточно непростой осознанной жизни.
– Я ничего больше не помню, – отвечал идущей за ним по пятам терианке Абэриан, быстро шагая по коридору особняка. – Пожалуйста, не впутывай меня в эту историю. Для меня эти воспоминания, как нож в сердце.
– Но вы единственный живой свидетель трудов вашего отца! – не унималась Стелла, пытаясь не отставать от издоннарца.
Дверь перед ними открылась, и они вышли на залитую солнцем террасу.
– Я не единственный, – возразил Абэриан, резко остановившись и обернувшись к Стелле. – Жив ещё кое-кто. Я буквально вчера столкнулся с человеком, который был помощником моего отца.
– Что?! – изумилась сверхисследовательница.
– Он тогда был совсем молод, и я, надо признать, крайне потрясён, увидев его таким же юным. Тогда он мне казался взрослым, а сейчас по возрасту годится в сыновья. Как же жизнь над нами посмеялась…
– И вы говорите мне об этом только сейчас? – не выдержала Стелла. – Как можно было о таком молчать?
Абэриан свысока посмотрел на девушку:
– Извини, но я занятой человек. У меня, благодаря тебе, свободной минуты нет. Иногда думаю, лучше бы меня на Рунрит отправили, чем жить в таком бешеном темпе, где дел становится больше день ото дня.
– Где этот человек? Как его зовут? – допытывалась сверхисследовательница.
Разумеется, она быстро достигла своей цели. Не прошло и получаса, как в штаб исследователей привели испуганного местного жителя. Парень лет двадцати пяти дрожал, как лист на ветру, глядя на пришельцев и оборудование, которое заполоняло большое помещение.
Не с первой попытки удалось ему объяснить, что именно от него хотят. Прежде всего, кеонлэсца пришлось успокоить и заверить, что вреда ему никто не причинит. Далее последовали сбивчивые, но вполне понятные разъяснения насчёт корабля, построенного Заблудившимся Ангелом.
– Я всего лишь помогал Хранителю, был его слугой, – оправдывался молодой человек, нервничая и в глубине души опасаясь чем-то не угодить обступившим его со всех сторон пришельцам. – И эту сказку я тоже помню. В ней содержится информация о длительности безопасных периодов.
– Что за периоды? – спросил Том, отвечавший за полёт и работавший больше остальных над изучением самого корабля.
– Это пути мудреца, воина, слепого и стрелы. Каждый из них наступает через разные промежутки времени. Иногда путь безопасен и сохраняется таким длительный период, а временами на это отведены считанные часы. Бывает, когда открыто сразу два, три, а то и все четыре.
– Такое возможно? – удивилась Стелла, переглянувшись с Томом. – Как их вычислить?
– Эта сказка содержит подсказки, но тут переписано не верно, – кеонлэсец указал на три старых листа, исписанных детским почерком сестры Абэриана.
– Тогда где верный вариант? – допытывался Том. – Он сохранился?
– Да, есть у меня один, – припомнил помощник Хранителя. – Должен быть среди прочих книг. В его тексте содержатся ключи, помогающие рассчитать наступления того или иного пути, и как долго будет длиться его безопасный период.