После того, как Нитэниса приготовила противоядие и дала его первую порцию Стелле, Артур приказал всем собираться в дорогу. Времени оставалось не так уж и много, да и находиться в окрестностях Росума теперь стало опасно. Рэм тщательно всё записал, потому что понимал, что, если даже терианка и сумеет освободиться от остатков яда омиара ещё в Мире Семи Звёзд, лекарства для других пострадавших придётся готовить ему.
Чтобы передвигаться быстрее, большую часть вещей погрузили на Олсаль, на неё также сели Нитэниса и Абэриан Улофор, не привычный к долгим пешим переходам. Таорна тоже уложили среди вещей. Но не прошло и получаса, как молодой исследователь попросил спустить его на землю: на локрусе его укачивало, а раны были не столь значительны, чтобы мешать передвигаться на своих ногах. Остальные шли пешком. Тибо, выполняя свои прямые обязанности, не спускал глаз с Мейкдона. Пленника пришлось вести с собой, так как отпускать его раньше времени было нельзя.
– У Стеллы заметно улучшилось настроение, – сообщил Рэм, идя рядом с Артуром. – Она сказала, что вкус пищи изменился, и она уже лучше чувствует его.
– Надеюсь, никакую другую отраву она тут пробовать не станет, – сказал землянин.
Таорн плёлся, изнемогая от жары и усталости. Но ничто на свете не заставило бы его признать, что передвигаться так долго и быстро, как это делала подготовленная Группа Риска, он не приспособлен. Время от времени он с завистью поглядывал на Стеллу. Та шла рядом с Олсаль и на ходу умудрялась переброситься словечком с Нитэнисой.
– Интересно, о чём они говорят? – изнывал от любопытства Таорн.
Рэм взглянул на рассмеявшихся какой-то шутке Нитэнису и Абэриана, и предположил:
– Думаю, просто беседуют ни о чём. Как я заметил, господин Улофор и Нитэниса нашли общий язык и прекрасно ладят друг с другом.
– Ещё бы, м Таорн вытер пот со лба, – они ведь выходцы из одной цивилизации. И почему я не знаю их языка? Как прискорбно…
И было от чего огорчиться. Пока Таорн только мог строить предположения насчёт разговоров этой троицы, они обсуждали далеко немаловажные темы для сверхисследовательницы.
– Да, хищников в нашем мире не так уж и много, и хоофмес самый опасный. Вернее, только тот, что относится ко второй стадии, – ответила Нитэниса на интересующий Стеллу вопрос.
– А в чём разница? Я так и не поняла. Когда я свалилась в лесу на ту громадину, ты отнеслась к этому спокойно и велела мне просто вылезти из оврага. А стоило принести того милого пушистика, как ты тут же ударилась в панику. Он оказался самым настоящим монстром. Сколько тут вообще разновидностей этих хоофмесов?
Нитэниса обернулась, посмотрев на Таорна. Он выглядел всё ещё немного слабым, но вполне живым.
– Я до сих пор не верю, что Таорн выжил после столкновения с этим хищником. Дело в том, что хоофмес – это одно животное. Просто стадии бывают разные, и в зависимости от них меняется его поведение и привычки.
– Вот как? Расскажи подробнее, – попросила сверхисследовательница.
– Хоофмесы размножаются яйцами, как птицы. Они откладывают их в лесу и уходят. Отсюда и начинается отсчёт. Яйцо является хоофмесом первой стадии. Как только он вылупится, то переходит во вторую. В этом состоянии он чрезвычайно опасен. Так уж заложено природой, чтобы этому малышу выжить, он должен защищать свою жизнь. Питается на второй стадии он исключительно мясом и кровью других живых существ, и очень в больших количествах. Потом хоофмес начинает расти, его кожа покрывается прочными пластинами и постепенно он переходит в третью стадию. При этом теряет агрессию и уже не опасен, ест в основном траву и плоды с деревьев. Это как раз то животное, на которое ты тогда свалилась.
– А четвёртая? Ты вроде говорила, что это животное вышло из воды и съело Отряд Справедливости, который меня убивал. Хотя не думаю, что меня спас именно этот зверь. Он, скорее уж, слопал бы меня с остальными.
– Всякое могло быть, – пожала плечами Нитэниса. – Но хоофмес на третьей стадии не самый крупный. Чем больше он растёт, тем тяжелее становится и тогда уже устремляется в море. Превращаясь в морское животное, хоофмес четвёртой стадии окончательно теряет интерес к земле. Однако, иногда выползает на берег, чтобы подобрать разную падаль. Его привлекает запах крови, но нападать на живые существа и специально за ними охотиться он не станет.
– А что насчёт людей? – полюбопытствовала Стелла, подняв голову и посмотрев на Нитэнису.