– О чём ты? – спросила она, в свою очередь взглянув на идущую рядом с локрусом терианку.
– Меня тут незаслуженно окрестили демоном, тебя пытаются вообще ни за что жизни лишить. Как бы ты охарактеризовала своих сородичей? По-моему, самые страшные хищники в этом мире именно они.
– Ты несправедлива. Это наши законы, и они весьма логичны. Мы живём на небе, где нет ни тьмы, ни болезней. Мы доживаем до глубокой старости и если умираем молодыми, то только от несчастных случаев.
– Или от хищников, за что вас же ещё и карают, если вы пытаетесь спасти близких от подобной смерти, – напомнила Стелла. – Почему у вас такие законы? Во что вы верите?
Нитэниса ответила не сразу. Стелла поняла, что та не слишком обременяла себя вопросами о смысле подобной жизни.
– Наши предки верили разным богам, – сказала Нитэниса, – но оказавшись на небе, где мы теперь живём, все решили, что теперь не имеет смысла кому-то поклоняться и во что-то верить. Это положило конец религиозным распрям. Ну, а раз мы живём в раю, то не имеем права лишать кого-либо жизни по своей прихоти. Этот мир для нас свят.
– Приехали, – вздохнула Стелла. – Похоже, все тут прирождённые атеисты с нелепыми законами, хотя стремились к небесам и лучшей жизни. Ну, хорошо, а что это за пророчество про демона? Есть ли другие?
– Я никогда этим не интересовалась, но предсказание о приходе демона слышала, – призналась Нитэниса и вновь посмотрела вниз, на Стеллу. – Хотя никогда не предполагала, что лично его встречу, и он будет выглядеть так симпатично.
– Вот уж спасибо – и ты туда же, – проворчала Стелла. – Я – не демон. Сколько уже вам это повторять?
– Мне не важно, кто ты. Пророчество всё равно сбудется, – неожиданно заявила Нитэниса, чем повергла в шок не только Стеллу, но и Абэриана.
– Если оно существует, то разве нельзя попытаться предотвратить его? – спросил издоннарец. – Быть может, оно было сделано именно для этого?
– Конечно можно, – флегматично и грустно ответила Нитэниса, вернувшись в своё обычное состояние. – Для этого просто надо убить Стеллу.
– Нет, это мне не подходит. Извини, но ничего рушить я тут не собираюсь, да и тьму принести в этот мир не способна. Если это предсказание и верно, то оно точно не про меня, – заявила Стелла, хотя видела, что Нитэниса не слишком обеспокоена тем, кого некогда подобрала в этом мире.
– Я считаю, что судьбу не изменишь. Так чего же тревожиться понапрасну?
– А в её словах есть смысл, – согласился Абэриан.
– Нитэниса, а где именно записано это пророчество? Его можно прочесть? – допытывалась Стелла.
– Конечно. В Эквиланте есть дом, где собраны старинные вещи. Их привезли наши предки с земли, на которой обитали. Это в основном оружие и книги.
– Книги? – сразу оживилась сверхисследовательница. – И много их?
– Не знаю, никогда этим не интересовалась. Их не дают никому читать. Среди них есть те, которые называют Запрещённые Летописи.
– А это ещё интереснее! Вот бы достать их!
– Даже не мечтай, – охладила её пыл Нитэниса. – Тебя к этим летописям не подпустят. Их хорошо охраняют, и даже не все, кто служит в Отрядах Справедливости, имеют право читать их.
– А есть какие-нибудь рукописи, принадлежавшие Заблудившемуся Ангелу?
Этот вопрос особенно сильно беспокоил терианку.
Нитэниса пожала плечами:
– Может, и есть. Но зачем они тебе?
– Это может пролить свет на ту часть истории, которая скрыта от нас, но представляет большую ценность. Что ты знаешь о судьбе Заблудившегося Ангела?
– Он был человеком с голубой кровью. Откуда пришёл – не знает никто. Умер он тут, в Мире Семи Звёзд.
– У него остались потомки? Или последователи?
– Нет, детей у него тут не было, и даже жена осталась на четвёртом небе. Учениками была каста учёных – сунари. А самого Керуша называли фолаэн. Если бы были ещё другие фолаэн, то, возможно, мы бы имели иную жизнь. Но мы живём в идеальном мире, где нет тьмы, нет царей, где все равны, никто не воюет и не голодает.
– Но это не мешает вам распространять рабство и казнить людей по любому поводу, – возразила Стелла, имея свои претензии к Доалиту. – И ты считаешь этот мир идеальным? Думаешь, что живёшь на небесах?