– Значит, у Ортанс должен быть такой билет?
Ярдения медленно кивнула в ответ, а потом осторожно достала из рукава очень дорогой продолговатый конверт, сделанный из бумаги похожей на золотую парчу, и положила его на стол перед Рэмом.
– Вот он. Я взяла его с собой, – совсем тихо прошептала Ярдения.
– Я могу забрать его? – спросил Рэм.
– Да. Мы не отважились кому-либо его отдать и даже показать. Но вы не сможете воспользоваться этим билетом, потому что не являетесь аристократом. Как только вы попытаетесь связаться с «Семизвездием», они сразу проверят, кто ищет с ними встречи и тут же исчезнут, и затаятся. Именно поэтому их до сих пор не вычислили, а молодые люди из знатных семей, ищущие необычных развлечений очень охотно берут приглашения в такое путешествие и хранят тайну, ведь королевское слово – это лучшая гарантия сохранения тайны и никто не посмеет нарушить его, чтобы не испортить свою репутацию.
– Но Ортанс не королевского рода.
– Не важно. Она аристократка и моя родственница, и этого достаточно, она попала туда по моей рекомендации. Я рассказываю вам об этом только потому, что хочу спасти дорогого мне человека. Ради этого я даже нарушила своё королевское слово! Умоляю, спасите Ортанс, я верю, у вас получится. Я не переживу, если она умрёт, как и… Элиэнта.
– У меня будет ещё один вопрос.
– Спрашивайте.
– Что такое «омиар», о котором она постоянно твердит?
– Я не знаю. Но Ортанс утверждает, что там, в виртуальном мире, её кто-то втайне угостил каким-то невероятно вкусным фруктом, и после этого она буквально бредит им.
– Но если путешествие и было виртуальным, то болезнь весьма реальна. Вирус похож на грипп, но такой его разновидности медицина не знает. Её могли там заразить намеренно? Что она по этому поводу думает?
– Ортанс считает, что это не связано с её приключениями в виртуальном мире. Но она хочет вернуться туда, по двум причинам: чтобы вновь увидеть маму и отыскать омиар. Она буквально с ума сходит от этого и, как я думаю, именно это психическое потрясение усугубляет её положение.
– Очень похоже на то, – согласился Рэм. – Но её одержимость этим неведомым омиаром слишком уж реальна.
– Я пойду, – Ярдения поднялась со своего места, Рэм тоже встал, – не хочу, чтобы кто-то узнал о нашем разговоре. Я могу зайти к Ортанс?
– Думаю, да. Кризис уже позади и ей немного легче.
Ярдения, уставшая и поникшая, побрела к двери. Последние сутки выдались особо тяжёлыми для неё.
Когда она открыла дверь, Рэм не выдержал и произнёс:
– Не переживайте так.
Как только Ярдения обернулась к нему, он коротко добавил:
– Элиэнта жива.
Девушка, на миг задохнувшись, внезапно вновь залилась слезами, но их вызвало уже не горе, а чувство неожиданной радости. Прикрывая лицо покрывалом, она побежала прочь.
Рэм знал, что надо было довести этот спектакль до конца. Но сердобольный зэрграверянин не мог дальше хладнокровно играть отведённую ему роль и равнодушно смотреть на страдания Ярдении. Он решил хоть немного облегчить её горе, сказав правду относительно Стеллы. Только теперь он знал, что ленмийская принцесса проливает слёзы облегчения. Он чувствовал, что надо подарить ей хоть какую-то надежду или сообщить хорошую весть, чтобы поддержать в дальнейших испытаниях.
После ухода Ярдении, Рэм отцепил от своего воротника маленький значок. В нем крылась микрокамера, которая записала весь их разговор. Очень скоро исповедь Ярдении изучат в ЦМБ и примут решения относительно дальнейших действий.
8. Билет в «Семизвездие».
– Нечего сказать! Хороши, отличились! – распекал своих подчинённых Кипс, обращаясь к Рэму и Стелле. – Вы ничего другого придумать не смогли? Так можно было довести бедняжку до настоящего сердечного приступа!
Врач и сверхисследовательница в очередной раз чувствовали себя перед шефом, как два провинившихся школьника.
– Это была моя идея, – Стелла не пыталась уйти от ответственности, – и я всё рассчитала. Рэм находился рядом, мне ничего не угрожало.
– Да при чём тут ты?! – воскликнул Кипс. – Я имел в виду не тебя, а ленмийскую принцессу Ярдению! Тебя ещё попробуй убей, а вот она до сих пор в шоковом состоянии! Это чувствительная и очень ранимая девушка. Если её родители узнают, какими методами вы из неё правду вытаскивали, вам не позавидуешь!