– Не важно. Я могу им помочь, остальное не имеет смысла.
Сверхисследовательница воспользовавшись тем, что потрясённая толпа немного утихла в ступоре, обратилась к ним с коротким предложением. Оно содержало всего два требования: первое – позволить ей помочь пострадавшим от хоофмесов, второе – жители Эквиланта дадут пришельцам беспрепятственно уйти и не будут их преследовать.
Люди колебались. Присутствие Отряда Справедливости, как представителей власти на этой земле, не давало им возможности свободно выразить своё мнение. Любое проявление своеволия, идущего вразрез с законами, установленными в Доалите, могло повлечь для простых обывателей жестокое наказание, вплоть до смертной казни.
Переломный момент наступил тогда, когда одна женщина, презрев всякую осторожность и страх, кинулась вперёд, держа на руках маленькую девочку, и, упав на колени, закричала:
– Мой ребёнок умирает, спаси его!
Отряд Справедливости тут же предпринял попытку подавить это отчаянную мольбу о помощи, противоречащую принятым законам, но вмешалась Группа Риска, отстранив от женщины местную власть.
Стелла подбежала к женщине и посмотрела на посиневшее лицо девочки лет пяти. Её глаза закатились, она тяжело дышала и уже теряла сознание, хотя её лишь слегка поцарапал хоофмес.
«Я не могу лечить её на глазах у всех», – подумала терианка, окинув взглядом множество людей, стоявших со всех сторон.
И одним из внимательных наблюдателей был Рэм. Врач и так уже подозревал её в чём-то, но она не могла выдать своей тайны.
Не видя иной возможности спрятаться от людских глаз, Стелла подняла своё широкое кружевное покрывало и, склонившись над девочкой, накрыла им себя и её.
– Потерпи немного, – прошептала ребёнку терианка.
Сверхисследовательница взяла стилет и быстро надрезала себе палец. Несколько капель крови она выдавила на царапину, кровоточившую на шее девочки. Подождав пару минут, она отдала пострадавшую матери и вернулась к Тибо, Нитэнисе и Олсаль.
– Она жива! Она жива! – восклицала мать, показывая окружающим своё дитя, которое на глазах оживало.
Ещё не веря до конца в чудо, жители Эквиланта не собирались просто так отпускать чужаков. Взволнованная и растревоженная событиями толпа, продолжавшая увеличиваться, могла поступить, как угодно.
– Мы уйдём отсюда, в этом сомнений нет, – Артур не допускал даже мыслей о плене.
– Но какой ценой? – спросил Рэм. – Их становится всё больше. Не хотелось бы устраивать тут войну и оставлять неприятные воспоминания о нашем приходе.
Том, единственный стоявший в солнцезащитных очках, вдруг снял их и, глядя на небо, сказал:
– Что-то мне это не нравится.
– Ты о чём? – спросил Беглар.
– А вы на небо гляньте.
Артур хотел ответить, что сейчас не время любоваться окружающей природой, когда увидел, что вверху действительно происходит нечто странное. Красное зарево полностью охватило небосклон, исходя из почти скрывшегося за горизонтом Красного Цветка. Тогда как Старое Солнце уже садилось в другой стороне. Никакой иной звезды больше не наблюдалось.
– Это что, вечер? – удивился Таорн, позабыв, где находится и что его окружает.
– Мы поймали демона, и на этот раз уничтожим его! – заявили люди из Отряда Справедливости, вернув себе самообладание. – Видите, сколько бед она принесла? Предсказание верно: там, где появляется демон, рядом идут смерть и разрушение!
Эти слова воодушевили местных жителей, готовых жизнь отдать, чтобы уничтожить зло.
– Да не демон я никакой! – протестующе воскликнула Стелла. – Хватит на меня вешать обвинения во всех бедах!
Однако, говорить с теми, кто давно был настроен против неё, оказалось бесполезно. Ещё несколько десятков людей, принадлежавших к Отрядам Справедливости, прибежали на место, где обнаружили демона. Весть об этом уже неслась по всему Эквиланту.
Противостояние обещало быть серьёзным, ведь никто ни сдаваться, ни отступать не желал.
Мейкдон, стоя в рядах пришельцев, ещё больше возмутил своих бывших соратников. Они не ожидали такого предательства, тем более что он и сам уже был причислен к преступникам, достойным смерти.