– У нас есть мечта и цель, но путь мы потеряли… Найди путь, ты сможешь… – шептал, будто боясь быть услышанным невидимыми врагами, Рукур.
– Какой путь? Ты о чём? – спросила Стелла, всё ещё продолжавшая находиться в неведении.
– Ты всего лишь сунари, хоть должна бы быть фолаэн, но ты справишься, не бойся, – так же тихо произнёс странный человек и, взяв жезл в руки, подал его Стелле с видом, будто он отдаёт ей самую большую ценность в своей жизни.
– Это и есть подарок? – догадалась она и с недоумением приняла странный предмет.
Не посмев спорить с этим чудаком и приняв дар, Стелла не знала, что с ним делать дальше. Она взвесила предмет на руке – он оказался тяжёлым, но не очень. Вряд ли это могло быть оружие. Жезл, имея длину чуть больше локтя, на конце увенчивался утолщением овальной формы. Выполненный из неизвестного материала фиолетового цвета с перламутровым оттенком, явно синтетического происхождения, он имел инкрустацию из камней, которые без сомнений являлись настоящими. По всей длине рукояти шли четыре ряда мелких самоцветов, у каждого была одинаковая величина, но цвет разный: красный, белый, синий и зелёный. Утолщённый конец украшали более крупные камни. Стелла внимательно их осмотрела, но не смогла определить их вид. Она разбиралась в камнях так же хорошо, как опытные ювелиры, и отличить настоящие от искусственных подделок могла. Такие редкие по своей чистоте и величине камни стоили, вероятно, целое состояние.
– С чего это мне такой подарок? – поинтересовалась Стелла.
– Он с сюрпризом, – таинственно усмехнулся Рукур. – Уж об этом-то ты должна помнить. Ну, давай, попробуй.
Стелла повертела жезл в руках, осмотрев со всех сторон.
– И что надо, чтобы сюрприз этот получить? Где подвох?
Рукур разочарованно и почти с презрением посмотрел на неё:
– Ты что, совсем не знаешь, что делать?
Казалось, Рукур дал ей красиво запакованный подарок, а она спрашивает, где он, не удосужившись даже сорвать обёртку с него. Вместо того, чтобы поблагодарить его, она ещё и недовольную гримасу корчит. Было видно, что его терпению подходит конец.
Но Стелла действительно не понимала, как не пыталась, что происходит и чего от неё хотят. Голова продолжала оставаться как в тумане, мыслить чётко не получалось. Куда уж тут ребусы разгадывать…
– Идём! – наконец сказал Рукур, будто сделал ей очередное одолжение.
– Опять идём? Куда?
Рукур не удосужился дать ей никакого пояснения, а только быстро, в своей обычной манере, зашагал прочь. И вновь, пытаясь не отстать, Стелла почти бежала за ним. Одной рукой она держала жезл, другой подобрала юбку, потому что высокая трава усложняла путь.
На этот раз долго идти не пришлось. Лес кончился и оба вышли на пространное место. Достаточно ровный ландшафт площадью в несколько гектаров окружали пологие холмы. С севера на юго-запад по диагонали протекал неглубокий ручей. Тут не росло ни одного дерева, а трава выглядела не просто молодой и сочной, но и тщательно ухоженной.
– Иди, – коротко приказал Рукур.
– Куда? – не выдержала Стелла, она уже слово «иди» слышать больше не могла.
– Вперёд. Дальше иди одна.
– Почему одна? – терианка поймала себя на мысли, что она интуитивно не доверяет этому чудаковатому пройдохе.
Он ничего не пояснил, только дал напутствие:
– Как только жезл засияет, возьми в левую руку и подними его вверх.
– Засияет?
– Да иди уже! – Рукур подтолкнул её к лугу, и казалось, он вот-вот потеряет терпение.
Стелла заметила, что он дрожит. Однако не от холода, а от чего-то другого. Или в предчувствии чего-то.
Покачав безнадёжно головой, Стелла покорно двинулась в центр этого луга.
«И почему я постоянно должна куда-то идти и делать какие-то бессмысленные вещи? И почему я обязана его слушаться? Где же Алак? – подумала она. – Я так устала. А может, его по какой-то причине заменили? Когда проснусь, выскажу им претензии насчёт нового проводника. Что бы там ни было, но уж мне сейчас точно не весело».
Она отошла от Рукура метров на сто, когда жезл в её руке начал медленно загораться. Казалось, каждый камень, пробуждаясь, светится изнутри. Увидев подобное явление, Стелла остановилась. Сначала она решила, что ей это показалось. Ведь не могли же камни излучать свет сами по себе, они же не лампочки. Но факт оставался очевидным. Предмет в её руке сиял всё ярче. Но ничего более не происходило.