– Какая красота! – не сдержала восторженного восклицания Стелла, и поднялась на ноги. – Ты только посмотри! Ой, ещё одно солнце появилось!
Обнаружив восход очередного светила, терианка указала на горизонт:
– Оно же уже пятое!
– Скоро и шестое будет, – спокойно отозвалась Нитэниса, махнув левее места восхода пятого солнца.
– Их – шесть! – восторгу Стеллы не было предела, она ещё никогда такого не видела.
Да, некоторые планеты имели естественные спутники, и притом в больших количествах, но, чтобы одну планету озаряло так много солнц, о таком терианка даже не слышала.
– Сядь, а то вывалишься, – посоветовала Нитэниса.
Эмоциям и восторгам не было бы конца, если бы Стелла вскоре не почувствовала усталость. Масса информации, которую она получила в последнее время, буквально вытащила из неё все силы. А нормального отдыха так давно ей никто не давал. Так и не сумев разговорить немного отрешённую и замкнутую в себе Нитэнису, Стелла спросила:
– А когда будет ночь?
– Ночь? – переспросила Нитэниса.
– Да.
– Что это такое?
Вопрос, заданный с таким искренним неведением о слове «ночь», вызвал в Стелле замешательство. Она уже поняла, что странная девушка говорит хоть и по-териански, но коверкает слова и акцент у неё слишком уж специфический и сильный. Решив, что та просто не расслышала, Стелла ещё несколько раз медленно повторила слово «ночь», а потом, не видя никакого результата, постаралась употребить другие слова: темнота, закат, сумерки, звёздное небо. Но Нитэниса так и не поняла, о чём та говорит.
«Почему в «Семизвездии», если уж и хотели мне угодить и отвели часть «путешествия» с говорящими на терианском языке людьми, то хотя бы не удосужились сделать их речь правильной?» – терялась в догадках Стелла.
Так и не добившись понимания, сверхисследовательница попросту призналась:
– Если честно, я просто очень устала и хочу спать.
Даже головы не повернув, Нитэниса пожала плечами:
– Спи, кто тебе мешает?
Понимая, что стоять на своём не имеет никакого смысла и в этом странном путешествии все делают, что хотят сами, но вовсе не то, чего хотела бы Стелла, она прилегла на мягкие сумки с вещами и попыталась уснуть.
«Вот открою потом глаза, и всё это кончится. Как же я от всего этого устала», – думала она.
Вот только солнца светили слишком уж ярко. А когда они все шесть одновременно с разных сторон состязались в своей красоте, свет проникал даже сквозь закрытые веки. Оставалось только удивляться, что при таком количестве солнечных лучей отовсюду тут не ощущалось невыносимой жары. Предприняв безрезультатные попытки «отключиться», Стелла только ещё больше измучилась. И вдруг она почувствовала, что Олсаль остановилась.
Приподнявшись и, прикрывая от невыносимо сильного света глаза рукой, терианка спросила:
– Что случилось?
Нитэниса замерла, глядя куда-то в левую сторону и немного назад. Потом указала в том направлении рукой и сказала:
– Это Фиолетовый Карлик.
Прежде, чем Стелла успела поинтересоваться, что та имела в виду, Нитэниса уже приказала Олсаль лечь на землю.
Сойдя на землю, девушка сказала Стелле:
– Нужно торопиться, времени не так уж много.
«Торопиться? Опять?» – мысленно взвыла уставшая терианка.
Она чувствовала, что после подобного путешествия слова «идём» и «нужно торопиться» она слышать уже не сможет. Однако, быстро спустилась со спины локруса и приготовилась послушно выполнить всё, что от неё потребуют.
Немного обеспокоенная, Нитэниса принялась рассёдлывать Олсаль и снимать с её спины поклажу.
– Набери фруктов, – попросила она Стеллу, вручив ей достаточно большую корзину.
Чудесная вещь, которую так запросто использовала Нитэниса в своём обиходе, вызвала очередной восторженный блеск в глазах сверхисследовательницы. Сплетённая из тонкой и прочной «стеклянной лозы» нежно-бирюзового цвета и украшенная камнями, напоминающими янтарь, эта вещь могла в реальном мире стоить очень дорого благодаря своему изяществу и неповторимости.
Решив исполнить порученное ей дело как можно лучше, Стелла тщательно выбирала фрукты. Она не брала первые попавшиеся. Увлёкшись этой «фруктовой» охотой, она отошла на некоторое расстояние от места привала. Что так встревожило Нитэнису и изменило резко её планы, терианка пока не знала. Насчитав только тут около двух десятков разных деревьев и кустов, дающих съедобные плоды, терианка неожиданно увидела нечто знакомое. У неё даже глаза округлились, когда она среди прочей растительности узнала омиар. Вид этого дерева вызвал у Стеллы восторг. Сама не замечая того, она набрала больше всего именно этих фруктов.